Путешествие в мир ба-цзы. Огонь. Начало

Сочная зелень травы, на которую он пялился, в секунду превратилась в чернильное небо, что освещалось редкими сполохами света.

– Сегодня небо такое странное, скажи? Как будто кто-то раздавил банку чёрной гуаши и размазал дырявой тряпкой. Такие разводы чудные. И холод, просто жуть. – Наташка закуталась в колючее одеяло, села и подтянула колени к подбородку.

– Ага, – задумчиво сказал Вова, – рядом с тобой часто что-то странное происходит. Я уже перестал удивляться.

– Это плохо или хорошо?

– Не знаю, – он так резко встал, что опрокинул рукой молоко и липкие капли вмиг впитались в сухую землю.

– Держи свой огонь при себе, – засмеялась Ната и подняв бидон выпила остатки, касаясь губами холодного жестяного края.

– Я держу. Как могу держу! – расхохотался в ответ Вова, – вот только он не хочет меня слушаться.

– Ты не представляешь, как здорово с тобой говорить об этом. В последнее время я сама не своя.

– Да, заметил.

– Мне сны такие чудные приходят и я в них голоса разные слышу. Словно информацию передают.

– Уверен, что придёт время и ты разберёшься в этом.

– Я не хочу ждать никакого времени, мне нужно сейчас, как ты не понимаешь, – Наташка подскочила, замахала руками и топнула ногой для солидности.

– Мне кажется, что у тебя этого твоего огня тоже много, – задумчиво сказал Володька и внимательно посмотрел на девочку.

– Он не мой. Он общий.

– Пусть так, – согласился парень, – я уверен, что просто огнём там дело не заканчивается.

– Какое дело?

– Ну то, которое тебе снится.

– Думаешь, что это какое-то дело?

– Походу да. А что ещё? – Вовка развёл руки и сморщился, как будто надкусил кислющий лимон.

– Что ты кривишься? – дёрнулась Наташка. – Пусть дело. И что?

– Да то, что вдруг оно опасно?

– Откуда ты знаешь?

– Не знаю я ничего. Просто тошно стало и противно.

– Ну и ладно. Сама разберусь, без тебя. Не больно-то и хотелось, – Наташка быстро схватила зелёное одеяло в одну руку, кружку с вилками в другую, и прищурив глаза, зашипела.

– Да пожалуйста, – надулся Вова, как пятилетка на детской площадке.

– Ну и всё.

– Ну и всё.

– Не повторяй за мной, – взвизгнула Наташка и зарычав, побежала прочь с поляны.

– Не повторяй за мной, – миролюбиво сказал парень ей вслед и плюхнулся на спину в ожидании первых солнечных лучей. Ветки дикой смородины качались от резких Наташкиных набегов и словно шептали на ветру: «Сама разберусь, сама».