Я оставляю выбор за собой

Там, сидя на белоснежном унитазе, который ее мать, отличная жена и великолепная хозяйка, отдраила до сверкающей чистоты, она думала, что же ей делать дальше. Если сейчас окажется, что она беременная, то рожать она точно не будет, становиться матерью-одиночкой точно в ее планы не входило, тем более что на фоне ее замужней и успешной сестры она и так выглядела полной неудачницей.

Аборт? Ирония судьбы, двойняшки сделают аборт в одно и то же время, вот, правда, о маленькой тайне Ксении никто, кроме нее, не знает и не узнает, а ее секрет уже стал достоянием всей ее семьи.

Прошло пять минут, Настя закрыла глаза и взяла первый попавшийся тест: две полоски. Второй и третий тест тоже показали, что она была беременна.

– Этого просто не может быть! – Настя сползла вниз по голубому кафелю и расплакалась.

Когда мать и сестра открыли двери в ванную, Настя сидела на полу и горько рыдала.

Ирина Михайловна подняла дочь и увела в комнату, где их уже ждал перепуганный и бледный от волнения отец.

– Ну что? – спросил Владимир Николаевич в пустоту.

– Беременная, – зло ответила Ирина Михайловна, она усадила плачущую Настю в кресло, а Ксения принесла ей стакан с водой.

Сестра тоже выглядела перепуганной, но Настя-то понимала, чего именно так боится Ксюха, она переживала, что Настя может раскрыть родителям ее маленькую тайну.

– Будешь рожать! – Владимир Николаевич ударил кулаком по столу.

Настя поморщилась, «обрюхатил», она что, кошка?

– Они расстались, – поспешила ответить за сестру Ксения.

– Вот я найду его и завяжу ему яйца в узел, – разорялся отец, хотя все прекрасно знали, что Владимир Николаевич никогда и никому ничего в узел не завяжет.

– Не надо, папа, – шмыгнула носом Настя.

– Завтра мы пойдем с тобой к моему гинекологу, – Ирина Михайловна демонстративно капала себе в стакан с водой валериану, – да, доченька, ну ты и выдала… Ну что же делать, ребенок – это твой крест. Дал бог зайку, даст и лужайку, мы с отцом поможем, но ты больше не должна вести себя столь безответственно!

– Я не хочу рожать! – Настя залилась слезами, а Ксения еще больше побледнела, со стороны могло показаться, что она страшно переживает за сестру.