Точка кипения

– Ты опять собралась замуж?

– А тебе – то какое дело? – не выдержала и закричала Соня.

– Я тебя люблю, – упрямо повторил Герасимов и неожиданно предложил. – Давай поженимся!

Соня больше не могла вынести ни минуты рядом, с этим худым, заросшим трех дневной щетиной и неприятно пахнувшим больницей, чужим мужчиной. Она решительно поднялась:

– До свидания, Юра! Поправляйся скорее.

Герасимов схватил ее за руку:

– Хотя бы обещай, что не выйдешь замуж за первого встречного, плохо знакомого тебе человека! И пожалуйста, подумай над моим предложением! – Герасимов смотрел на нее глазами больного ребенка.

– Обещаю! – заверила Соня, думая о предстоящей регистрации, 8 июля. – И обязательно подумаю над твоим предложением!

Она легко вырвала руку и не оглядываясь побежала к выходу. Едва ее ножка ступила за больничную ограду, из головы Сони тут же вылетел и Герасимов и его идиотское предложение. Она бежала на встречу к Кириллу. Что могло быть важнее?

У Герасимова в тот же день случился кризис, и врачи вернули его буквально с того света.

Теперь, вспоминая все это, Соня чувствовала себя последней дрянью. Так паршиво на душе у нее уже давно не было.

Но она до сих пор не знала, что по иронии судьбы, Юру тогда выписали, 8 июля и он сразу же из больницы пошел к ней. Во дворе Герасимов столкнулся с вереницей украшенных лентами машин, а через мгновение увидел пьяную от счастья Соню в белом платье.

Свадебный кортеж давно уехал, а он все еще продолжал стоять, прислонившись щекой к раскаленной от летнего солнца, стене дома.

Ярко накрашенная старуха, в нелепом желтом халатике едва прикрывающем худые старые коленки, с удивлением посмотрела на Юру. Она неподалеку выгуливала облезлую болонку и теперь решив, что парень просто пьян, радостно предвкушая предстоящий скандал, грозно двинулась к нему:

– Эй! Пьянь подзаборная! Пошел… – но посмотрев Герасимову в глаза, осеклась на полуслове.

Этот странный парень ее и не заметил, он до сих пор продолжал смотреть вслед, уже давно скрывшимся из вида, свадебным машинам. Много повидавшая на своем веку бабка Люба, просто испугалась, разглядев в его тусклых глаза такую лютую ненависть, что решила с ним не связываться. Она тихонько подозвала свою собаку и испуганно оглядываясь на Юру, забежала в подъезд. Дверь с грохотом захлопнулась, и Герасимов внезапно очнулся:

– Ну что ж, ты сделала свой выбор….