Проклятие орхидей

Глава 7

– Это тебе, – Федечка улыбнулся и пожал плечами, словно нашкодивший карапуз. – Извини, я вел себя как идиот!

Мужчина протянул маленький горшочек с еще одним розово-белым цветком:

– Мир?

Олеся рассеянно оглядела подаренную мужем орхидею и мотнула головой:

– Мир, я тебя еще вчера простила, ты разве не понял?

И все, конфликт был исчерпан. И не надо ей никаких тропических лесов, никакой Азии, с ее змеями и малярийными комарами. И вообще, Олеська жуть как боялась редких южных болезней.

– Малахова смотреть будешь? – Муж щелкнул кнопкой на телевизионном пульте. – Вроде бы интересно.

Олеся влезла в растоптанные домашние тапки, и, прихватив с кухни тарелку с печеньем да пакет кефира, зашла в комнату:

– Налить?

– Давай. – Федечка уже лежал на диване в привычной для него позе и, забросив нога на ногу, рассуждал вслух: – Нет, мужик – это мужик. Мужик сказал – мужик сделал, не то что вы – болтушки.

– О чем разговор? – Олеся даже не попыталась прислушаться к теме передачи.

– «Честное слово», – сообщил Федечка. – Послушай, тебе полезно будет.

Олеся снова кивнула и села в кресло, держа в правой руке иголку.

Из «ящика» раздался дикий вопль, началась реклама, и Олеся, вздрогнув от неожиданности, уколола палец.

– Блин, – она замахала рукой и резко дернулась. – Больно!

Блузка съехала под ноги, а пуговица, сделав сложный пируэт в воздухе, выскользнула у Олеси между пальцев, упала на пол и, естественно, по закону подлости закатилась под кресло.

Олеся, кряхтя и чертыхаясь, опустилась на колени и принялась шарить рукой по пыльному ламинату, но пуговицы нигде не было. Она засунула пальцы в самый угол и наконец вытащила беглянку вместе с каким-то кусочком бумаги, который, видимо, уже не один месяц валялся под креслом.

Машинально Олеся развернула находку и скользнула глазами сверху вниз, это была какая-то квитанция.

«Фолов Ф.Е.», а рядом «Фолова О.В.». Получается, это она? Но что это? Где? Когда? Ведь на квитанции под ее фамилией стоит чужая подпись.

Олеся ошарашенно покосилась на Федечку, но муж, поедая печенье с кефиром, не обращал на нее никакого внимания. Он всецело принадлежал Малахову и очередному ток-шоу.