Роковые камни Аркаима

Похлебка вышла и правда неплохая, Богдан ел, да нахваливал, а после трапезы, как и обещал, ушел спать в конюшню, предоставив Любаве топчан в землянке. Лежанка оказалась жесткая, овечья шкура, которой следовало накрываться, пахла плесенью, и вообще, в доме после смерти хозяйки царило запустение.

Любава так всю ночь и проворочалась с боку на бок, пытаясь подремать хотя бы пару часов, но сон не шел. К ней в голову лезли всякие дурные мысли, а что будет, если Цыба ее проклянет? А как отреагирует племя на такие новости? А не выгонят ли ее за пределы поселения в занесенную снегом степь, обрекая тем самым на неминуемую смерть? В середине ночи, совершенно измучившись от страхов и сомнений, так и не сомкнув глаз, Любава поднялась с топчана и отправилась к Цыбе, по дороге придумывая, как бы угодить старухе.

Любава решила, что попросит у знахарки прощения, а потом объяснит ей свой поступок паникой, ну может же она просто испугаться? Когда подошла к землянке, девушка уже думала, что готова и козу убить, лишь бы все вернулось на круги своя.

– Цыба! – Любава отворила дверь и вошла внутрь. – Цыба! – позвала она знахарку еще раз. В землянке было тепло и пахло, как всегда, травами. – Я вернулась, чтобы…

Девушка огляделась, в хижине никого не было, что само по себе было странно, Цыба никогда не выходила из дома раньше, чем начинало светать. Говорила, что это время злых духов.

– Цыба! – еще раз позвала Любава, хотя уже, конечно, поняла, что старуха куда-то ушла.

– Ну и куда она делась? – Девушка опустилась на топчан, потом решила немного полежать, дождаться прихода старухи, да так и задремала.

Проснулась от того, что ее довольно бесцеремонно трясли за плечи:

– Вставай! Проснись!

Любава вскочила как ошпаренная.

– Кто? Что? – спросонья она не могла сообразить, где находится и что от нее надо.

– Цыба где? – В хижине было двое мужчин, сам Егор Змееборец и Харитон, его правая рука.

– Нет. – Любава окончательно проснулась и напугалась, что Цыба куда-то ушла и пропала.

– Может, она все-таки тебе что-то говорила, да ты забыла? – нахмурился Харитон.

– Подумай, вспомни! – приказал Егор Змееборец. – Если у Меланьи родится младенец и снова умрет, жертвоприношением животных не обойдется.