Орхидеи в крови

Марина не пила, не курила, не сплетничала, никогда не устраивала ему скандалы, не упрекала, а только тихо и жалобно плакала, если он ее обижал. А обижал Воронин жену часто. «Может мне любовницу завести?», в подвыпившую голову мужчины приходили несвойственные ему мысли, «немного любви, немного тепла, вокруг полно одиноких девушек!»

Так куда же пойти? Воронин встал посреди улицы и удивленно огляделся, мать честная, весна уже, а он и не заметил. Полно красивых девчонок, короткие юбки, длинные ноги, страстные взгляды.

Мужчина приободрился:

– В конце то концов, – пробормотал он, покупая пиво и усаживаясь на скамейку в городском саду. – Еще не все потеряно!

Он пригубил ледяной напиток и даже зажмурился от блаженства. «Хорошо-то как!», успел подумать он, как к нему на лавочку подсели две молодые женщины.

– Можно? – спросила одна, маленькая и толстенькая, она напомнила Воронину деревянный брусок. Ее подруга была не намного лучше, разве что похудее.

– Нельзя, – рявкнул Воронин – Я жду друга!

– Нахал, – пропищала толстуха, и дамы гордо удалились на соседнюю лавочку.

– Старухи, – Воронин закурил и отвернулся. Он не любил некрасивых женщин, Воронин любил роскошных красоток, но они, почему-то не любили его – почти сорокалетнего, толстого и унылого мужчину. Вот в молодости, да эти красотки сами ему на шею вешались, а сейчас мимо проходят, стервы. Тогда они ему были нафиг не нужны, Павлик копался в девчонках как курица в навозе, а теперь он им не нужен. Вот такая дилемма.

И хотя его первая жена была по-настоящему привлекательна, вторую же, Маринку, он сознательно выбрал страшненькой. Скорее даже, чтобы угодить вездесущему папе, который на этот раз остался доволен выбором сына. Маринка была из богатой семьи, прекрасно воспитана, с высшим экономическим образованием, а с лица воду не пить, да и потом жена не должна быть красивой, это же не любовница!

Мужчина поежился, неожиданно холодный порыв ветра заставил его приподнять воротник куртки. Он огляделся и с раздражением отметил, что ни одной мало-мальски привлекательной особы женского пола в пределах его видимости нет.

– Что за бабы пошли? – зло выругался Воронин, вставая со скамейки. – Толстые ляжки, короткие ножки, и куда подевались все красотки?

Мужчина вяло потащился домой, уже предвкушая очередную слезоточивую семейную мелодраму, когда навстречу ему буквально выпрыгнула маленькая, рыженькая девушка:

– Привет! – улыбнулась она, обнажая белоснежные зубы.