Черная полоса везения

 – Это ничего не значит!

– Ну, тогда скажи это ей! – заорала я, продолжая дрожать как осиновый лист.

– Тогда ты меня простишь? – с надеждой спросил муж.

– Да, – ответила я, опуская глаза.

Максим взял телефон и поднес к уху:

– Марина, это я!

Я смотрела на мужа и не верила в происходящее. Сколько раз он вот так звонил ей? Сколько раз за три месяца он называл ее «сладким котиком»?

– Марина, – повторил муж, и я очнулась. – Жена увидела твои сообщения…

Внезапно мне стало смешно. Боже мой! Я и предположить не могла, что такие вещи случаются не только в анекдотах! «Ирония судьбы» отдыхает! Кто бы мог подумать, что я, умница, успешная женщина, спортсменка и просто красавица могу оказаться в такой ситуации? Кто? Я – точно не могла.

– Марина, я хочу тебе сказать, что между нами была лишь переписка и ничего больше, – вяло произнес в трубку муж, тяжело вздыхая. Он напоминал суслика, угодившего в капкан для медведя.

– Я всегда любил и люблю только жену, – подсказала я Максиму слова.

– Я всегда любил… – Он запнулся, мучительно покраснел и продолжил: – И люблю только жену. Все.

Он опустил руку с телефоном и посмотрел на меня:

– Я прощен?

– Нет. – Я рассмеялась, трясясь всем телом. – Ты не прощен, и никогда я тебя не прощу! Убирайся! Я пошутила, маленький новогодний сюрприз!

Я пошла в комнату и, схватив первые попавшиеся вещи мужа, засунула их в сумку.

– Убирайся! – Я толкнула его в спину. – И никогда больше не звони мне и не приходи сюда!

– Прости, – вяло попросил Максим, застегивая сумку.

 – Я завтра вернусь, мы спокойно обо всем поговорим!

– Пошел вон! – Я сжала кулаки.

– Я завтра вернусь. – Максим попятился к двери.

– Отдай ключи! – приказала я и подставила ладонь.

Максим вынул из кармана ключи от дома:

– Прости.

Я захлопнула за ним дверь и прошла в комнату. Пять минут двенадцатого, Камины нас, наверное, с собаками ищут.

– Света? – Я позвонила друзьям. – Это я, Лиза!

И тут я начала реветь.

Я все рассказала обалдевшим ребятам, извинилась и повесила трубку. Потом я пошла в ванную и встала под душ. Я все делала автоматически, стараясь ни о чем не думать. В полдвенадцатого я выпила сорок капель валокордина и легла в постель. Новый год я встретила под одеялом, с наглухо зажмуренными глазами и отчаянно бьющимся сердцем. Слез не было.

1 января

Я не спала всю ночь, слушая веселый смех гуляющего народа и залпы хлопушек и петард.