Синеглазка с водного факультета

Не могу знать, что произошло с вашим родителем, но понимаю, за пределами Школы вас может поджидать смертельная опасность, поэтому, несмотря на ваш проступок, оставляю в Школе. Но… за него вы, Кэйлин, отработаете положенное наказание. Может быть, тогда научитесь решать конфликты без применения смертельно опасных заклинаний.

Я не поверила собственным ушам и с недоверием уставилась на довольное лицо мага.

– Вы оставляете меня? Как?

Айар Алестер постучал пальцами по толстой обложке какой-то книги и посмотрел в окно.

– Я уже сказал, за стенами Школы вам может грозить смертельная опасность, а здесь же все риски сведены к минимуму. Если хотите, я могу сделать официальный запрос в Совет. Нет, этого лучше не делать. Давайте так, – маг глянул на меня и вновь отвернулся, – через своих знакомых я постараюсь узнать, что на самом деле случилось с лордом Бриэм, а потом сообщу вам.

– Мой отец, – прошептала я, не сдержав одинокую слезинку, скатившуюся по щеке к высокому воротнику стойке.

– Не имея официального подтверждения о том, что являетесь квалифицированным магом? – прищурившись, прямо спросил ректор. – И угодите в тюрьму раньше, чем успеете добраться хотя бы до дома. Знаете, что бывает со сбежавшими адептами?

Я тяжко вздохнула и прикусила губу. Все равно нужно что-то делать. А если привлечь к этому делу Седрика? Неужели старый приятель откажет в небольшой услуге? К тому же он работает в одном ведомстве с отцом, правда, метит на должность повыше и несколько тщеславен и горделив, но ведь он человек и не может не посочувствовать чужому горю.

– О помощи со стороны знакомых вам лучше не думать. Они могут оказаться в опасности.

Маг как-то умудрился прочитать по моему лицу мысли и покачал головой, стоило сосредоточить на нем взгляд.

– Что же делать?

Айар встал из-за стола и подошел ко мне.

– Оставьте это дело взрослым, Кэйлин, а сами постарайтесь сосредоточиться на учебе.

– Да. Спасибо, ректор Алестер.

Я медленно поднялась на ноги, коротко поклонилась магу и вышла в приемную. Только мысли об отце никуда не делись, как и страх.

Вечером того же дня Шеннар оказался в кабинете ректора.