Чтица. По следам лжи

– Я обещала магистру Иену, что через неделю вернусь на службу, – стояла я на своем, раскрыв дверцы шкафа и придирчиво осматривая развешанные на плечиках рубашки.

– Но неделя еще не закончилась, – уперлась не хуже меня тетушка и даже недовольно фыркнула.

– Марвенна, пусть мама идет на работу! – вступился вдруг за меня сынок и обнял за ноги. – Да, мамочка?

– Да, дорогой, мне нужно вернуться на службу, иначе меня выгонят из управления, поскольку чтецов всегда не хватает, но ждать специально, пока мне надоест сидеть дома, никто не станет.

Я улыбнулась своему заступнику и, склонившись, поцеловала его в лоб.

Тетушки редко перечили Эдвину. Не в том смысле, что мой ребенок мог вытворять, что его душе угодно, но когда сын вставал на мою защиту, Марвенна и Ронда не оспаривали его мужское право – отстоять интересы матери. Так они надеялись воспитать в нем настоящего мужчину, умеющего постоять не только за себя, но и за близких ему людей.

Наш спор происходил вечером, поэтому ужин прошел в молчании, поскольку Марвенна хоть и согласилась со мной, все равно была чем-то недовольна.

– Вы догадываетесь, зачем я перевезла вас сюда, поэтому давайте не будем дуться друг на друга, а дадим нам всем шанс разобраться в том, что произошло с моими родителями, – сказала тетушкам, застав их в гостиной.

К этому моменту Эд уже спал, но и без его заступничества я могла обойтись.

– Тебе не кажется, дорогая, что ты суешь голову в пасть льва? – немного нервозно спросила Марвенна и вновь уставилась в книгу. Хотя, скорее всего, только делала вид, что читает.

– Гвен, ты знаешь, мы изначально были против твоей затеи, но не вмешивались, поскольку ты имеешь право знать, кто и зачем их убил. Только у нас к тебе одна просьба – пожалуйста, постарайся быть осторожнее. Тот, кто убивает магов, наверняка очень силен и опасен, что само собой разумеется, и мы боимся не только за тебя, но и за Эда.

Ронда отложила в сторону свое вязание и посмотрела на меня поверх очков.

– Эдвин не должен остаться еще и без матери. Не дай своему ребенку повторить собственную судьбу.

Я всплеснула руками.

– Тетушки, нет и минуты, чтобы я не думала о сыне. Но вы правы в одном – я имею право знать, кто убил моих родителей.