Тяжело быть светлой, или Высший даймон прилагается

Однако, повзрослев и начав путешествовать по мирам, я встретилась с родителями, и они пообещали вытащить меня, только на это нужно было время. Много времени. Единственное, что пока смог придумать отец, это вытащить меня в один из миров, где свободно жили валькирии, и зачислить в их ряды. И пока вот уже почти сотню лет я жила среди дев-воительниц, укрываемая богиней смерти от ищеек, пытающихся меня найти и бросить к престолу Королевы, могла никого не опасаться. Тут много своих законов и правил, но ясно одно, я, как валькирия, никому не подчиняюсь, кроме Повелительницы Деребры.

– Добро пожаловать в семью, дорогая сестрица.

Даймон по-отечески меня обнял и даже чмокнул в щеку.

– Теперь ты Деаррин Окхтшер.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, стараясь не трогать руками шею почти у самой кромки, где начинали расти волосы, оставила эре Деребру со своим теперь названным братом и сбежала в бани, чтобы немного отдохнуть и подумать.

– Деа!

Сначала раздался громкий всплеск, а потом и голос одной из моих сестер по оружию, которая с разбега запрыгнула в купальню, где я расслабленно лежала на воде и смотрела сквозь поднимающийся вверх пар на сводчатый потолок, украшенный росписью.

– Анахель.

Я поморщилась, вытирая с лица крупные брызги.

– Вместо того чтобы дуться, лучше расскажи, где ты пропадала столько времени?

Тряхнув светло-русыми волосами, валькирия подплыла ко мне и тронула за плечо, заставив обратить на нее внимание.

– Была у Повелительницы, – нехотя отозвалась я, оттолкнулась от выложенного мелкой плиткой дна и выбралась на низкий бортик, подтянувшись на руках.

– И для чего, если не секрет? – не отставала сестра, подплывая ближе.

– Анахель, какая ты любопытная!

Я закатила глаза и, поднявшись на ноги, слегка отжала волосы.

– И все же, – не унималась валькирия.

– Да, где ты была? – поддержали ее лежащие на скамьях девы в количестве еще трех обнаженных красавиц.

– Девочки, это касается только меня. Не забивайте свои прекрасные головы моими проблемами, – усмехнулась я и, дождавшись, когда рабыня застелет для меня свободную лавку, улеглась на нее, повернувшись на живот и подложив под голову согнутые в локтях руки.

Девушка тут же приступила к массажу, хорошенько умаслив руки и мое тело.