Тяжело быть светлой, или Высший даймон прилагается

Помню, когда-то отец рассказывал мне, что даймон, вступая в так называемый период взросления, то есть в то время, когда начинает активно искать пару для продолжения рода, может впасть в подобное состояние, когда влюбляется не во внешность, а, так скажем, в сущность женщины. Это сложно объяснить, поскольку случаи довольно редки сами по себе, и просто никому еще не удавалось объяснить их суть. Если коротко, то демоническая сущность Азара была привлечена твоей ведьминской сущностью, тем более ты светлая ведьма, а для даймона это настоящее испытание.

– Его душа привязалась к моей, я так понимаю? – упав в кресло и пытаясь справиться с охватившим меня шоком, еле выдавила я.

Дунгур пожал плечами.

– Что-то в этом роде.

– И что с этим делать? – спросила, боясь даже смотреть на Азара, который продолжал метаться у окна.

– Хотите, можете пожениться, из вас выйдет неплохая пара! – развеселился Дунгур и прошелся по мне оценивающим взглядом.

Азар зарычал, и из его спины с треском вырвались крылья.

– Если сможете, перетерпите это время! – продолжал веселиться мой названный родственник, хитро прищурившись. – Главное, чтобы за это время вы не оказались в одной постели, тогда связь окрепнет окончательно.

– Что? – возопили мы с Азаром одновременно и тут же замолчали, уставившись друг на друга.

– Все признаки налицо! – захохотал Дунгур, откинув голову назад. – Азар, а ты сможешь удержаться? Ведь это не Деаррин чувствует сильную симпатию к тебе, а ты к ней.

Я прислушалась к себе, но кроме раздражения и глухой ярости, ничего не почувствовала. И какое из чувств на самом деле относится именно ко мне?

– Никогда мой род не примет одну из Окхтшер, – зло процедил Азар, смерив нас с Дунгуром взглядом, полным неподдельной ненависти, а потом, подгоняемый насмешливым фырканьем, со звоном выбив своим телом раму, вылетел из кабинета.

Я пораженно замерла, глядя на то, как мелкие осколки разлетаются в разные стороны. Дунгур только хмыкнул и, откинувшись на спинку кресла, вытянул длинные стройные ноги вперед.

– Все равно вернется, – обронил он и поманил к себе со столика бутылку с вином и бокал на тонкой ножке.

– Вина? – спросил даймон.

Я только головой покачала, поскольку в душе у меня бушевала такая буря разнообразных эмоций, что страшно было потеряться среди них.