Очень плохая история

Семьи убитых поначалу предпочитают закрыться, чтобы им не мешали скорбеть, а дальше, если получается, живут как могут. Родители Джейн хотели верить, что полиция во всем разобралась и виновный посажен за решетку на долгий срок, а значит, убийство их дочери не осталось безнаказанным. С их точки зрения, если дело откроют вторично, снова набежит пресса, снова начнутся спекуляции на тему возможного убийцы и причин случившегося, журналисты разворошат прошлое, и все это будет тянуться до бесконечности.

– А как насчет других ее приятелей? – спросила она, глядя, как Купер зевает.

– Последние пару лет ничего серьезного, если судить по тому, что я слышал. Скорее всего, и Фаррелл не был для нее чем-то серьезным, просто сам он думал по-другому, вот в чем проблема.

– Расскажите мне о поместье Уэстерби. Я совсем не знаю этот район и в скачках тоже ничего не понимаю.

– Ну, это большая территория, принадлежит она одной из достаточно известных династий в конном спорте – семейству Майклс. У них несколько поколений занимаются скачками.

Когда убили Макнейл, семейное дело возглавлял Тим Майклс, но он умер, и вместо него делами теперь управляют его сын Гарри и дочь Мелисса.

– Мелисса? Это она заявила о пропаже Джейн?

– Да.

– А кто сейчас живет в поместье?

– Вдова Тима, Салли. Гарри Майклс. Он разведен. Мелисса, ее муж и их дети. Не знаю, кто из них сейчас проживает в главном доме, но там есть еще коттеджи, они разбросаны по всей территории поместья. По-моему, что-то сдается, а остальные занимают члены семьи или те, кто работает на семью.

Разный связанный с лошадьми персонал.

– Значит, коттедж был в полном распоряжении Джейн?

– Предполагалось, что с ней должны были жить еще две девушки, но к моменту ее убийства обе съехали, так что она жила одна.

– Мимо ее коттеджа в тот вечер вроде бы проходили многие люди. Насколько легко попасть на территорию поместья?

– Раньше – очень легко. Все это место подпадает под публичные права прохода пешком и проезда верхом или в автомобиле.

Фаррелл утверждает, что любой мог приехать и уехать. На территорию можно попасть через три или четыре входа, и в то время, когда произошло убийство, ни один из них не охранялся. Можно было запросто пересечь поместье насквозь. Хотя это частная земля, люди привыкли срезать путь, съезжая с шоссе A-четыре, чтобы избежать пробок в центре Марлборо.

– По всей видимости, это обстоятельство сильно затруднило работу полиции, – заметила Ева.

– Думаю, да.