Айвари, снежный драконенок

«Может, все-таки вернуться? Ведь Глери не виновата в моей глупости? А вдруг мальчик умер? Что если Правитель узнает об этом? А Снор? Ведь я же обещал ему, что буду послушным и не вляпаюсь в очередную неприятность». Драконенок вздрагивал от одиночества и страха. Он совсем запутался и не знал, как поступить.

Перед рассветом ветер стих. Небо прояснилось. Усталость взяла верх, и, спрятав под крыло голову, Айвари уснул. Разбудила его щекотка, словно кто-то маленький и юркий бегал по спине. Драконенок открыл глаза, но тут же зажмурился.

Его ослепило солнце. Айвари тут же вспомнил слова Шанри: «Видишь на краю пустыни свет – это яркий огненный диск, враг нашего племени. Здесь он слаб и не может нанести урон, но стоит по неосторожности забраться весной на юг, и он не оставит от тебя и мокрого места. Впрочем, пока на континенте зима, им можно подкрепиться, главное – следи, чтобы вокруг не растаяли снега. Отсутствие снега говорит об опасности».

Перевернувшись на спину, малыш подставил щекотке пузо.

– Так вот ты какой, наш враг. И вовсе не такой уж и страшный, – шепнул драконенок.

Пролежав так часа два, Айвари неожиданно понял, что наелся. От яркого желтого блина на небе исходило спокойствие. Никто не гнался и не искал драконенка, и Упрямый-Как-Жизнь, усевшись на хвост, принялся думать, что делать дальше. «Если идти на север, то можно добраться до моря. Там наверняка есть места, где все время холодно. А питаться я буду солнцем», – решил он. Ободрившись, драконенок снова побежал вперед, ведомый чутьем.

О том, чтобы взлететь, не могло быть и речи. В воздухе его сразу же заметят сородичи или майяди.

«А вот и жертва», – улыбнулся колдун, глядя через призму заклинания на одиноко бегущего снежного драконенка. На сей раз все складывалось само, словно по указу свыше. Закрыв глаза, Бесмар вознес молитву богу горящей земли и подземного мира, благодаря его за невиданную удачу, а после зашептал слова, призывая силы, которых боялись даже обитатели небес, не говоря уж о простых смертных.

Закончив темный обряд, колдун прислушался. Чужак ступил в его земли.

Жилище колдуна скрывалось от любопытных глаз в каньонах Великой Южной Пустыни. Только посвященные знали дорогу к нему. И не удивительно: то ли по прихоти ветра, то ли из-за каких-то катастроф ветвистые ущелья, как морщины на лице земли, сплетались в лабиринт, в котором не то что люди, но и животные теряли всякий ориентир и умирали от голода и жажды.