Игра лжецов: орёл или решка

Уснуть не могла, всё ворочалась с одного бока на другой, раскрывалась, накрывалась, сигаретку выкурила… Убеждала себя, что просто на новом месте спится плохо, что кровать узкая и неудобная, да ещё и в угнанном фургоне, так что чёрт знает, кто на ней спал до меня… А потом смирилась и приняла, как факт, что это всё нервы, и узкая кровать тут совершенно не при чём.

Сложно существовать, понимая, что безмятежным денёчкам вот-вот наступит конец, и отпуск мой закончится.

Но, чёрт бы меня побрал, я должна собраться! Совершая побег, я ставила перед собой цель оторваться на полную катушку так, как никогда ещё не отрывалась! Я хочу почувствовать вкус свободы, хочу понять, каково это – делать то, что хочешь, а не то, что требуют от тебя другие! Хочу веселиться, напиваться, есть жирные бургеры и картошку фри, запивая Колой! Хочу стать бунтаркой, в конце концов.

И главное – я хочу рисковать. Хочу почувствовать настоящий вкус этой жизни.

Уснула после долгих размышлений, когда небо на восходе уже начинало белеть.

Буквально провалилась в сон, где было хорошо и спокойно, потому что мысли больше не тревожили, и вот надо было одному доставучему недоумку в шесть утра начать ломиться в запертую дверь!

– Да чтоб тебя! – зарычала и сунула голову под подушку.

– Тебе там тепло, Рыбка моя? – протягивает гнусненьким таким голоском, что хочется вырвать ему язык и ему же и скормить следом. Планктон недоделанный. Сказала же русским языком – не будить меня! Когда надо будет, тогда сама и встану, тогда дверь и открою, тогда и впущу его в мой фургон!

Да, мы заключили вчера что-то вроде сделки, и я не спорю – это может быть интересно (чем не приключение, чем не веселье?), но уговора, что он будет спать в салоне не было.

А потому что я не хочу проснуться от ощущения, что один в конец озабоченный чувак, пихает свой член в мою вагину.

Так что да, я вручила ему спальный мешок и нашла отличное место на травке.

Продолжает сотрясать мою голову стуком кулаков о кузов, и я не выдерживаю: со свирепым рычанием вскакиваю с кровати, рывком отодвигаю в сторону белую занавеску с круглого окошка и тут же отпрыгиваю назад, хватаясь за сердце.

– Чёрт, – ругаюсь себе под нос. – Напугал!

Идиот. Заполнил своей заспанной рожей всё мутное стекло и улыбается с такой открытой угрозой, словно собирается мною позавтракать.

– Открой дверь, Рыбка. Я не шучу, – и голос звучит не менее угрожающе, так что приходится сделать одолжение этому ненормальному и впустить в салон.