Долина падающих птиц

Прекрати это, Август!

В ответ, словно далёким эхом, в голове прозвучал его холодный смех.

Галлюцинации, как слуховые, так и зрительные становились частью моей жизни. Август делал это со мной. Август направил все умения, которые обрёл лишь благодаря мне, против меня же. Я сама вручила ему это оружие, и теперь Август мастерски точно выпускал в меня пули… одну за другой… точно в голову.

Марго и Филип теперь были повсюду. Мерещились везде, куда бы я не пошла, где бы не находилась, будь это дом, улица, интернет-кафе, дешёвая забегаловка, которую мы с Диной так любили посещать, ведь там варили на удивление отменный кофе…

Теперь кофе протягивал мне не кассир за прилавком, а Марго.

Точнее не кофе, а густой томатный сок в пластиковом стаканчике.

Теперь за нашим с Диной столиком сидел ещё и Филип.

Я знала, что это невозможно. Знала, что это Август заставляет меня видеть то, чего на самом деле рядом нет, да и быть не может, но… они казались такими настоящими. Марго и Филип. Словно и не проходило пяти лет с нашей последней встречи.

Словно они всё это время были рядом, дышали мне в затылок и злорадно хихикали, наблюдая за тем, в какое болото благодаря их заслугам превратилась моя жизнь.

Раньше меня убивали ОНИ.

Теперь меня убивал Август.

И меня душила обида. Да, чёрт возьми! Мне было больно. Я чувствовала себя преданной, обманутой! Ведь больше всего на свете я не понимала одного: как мальчик, который был моим защитником, который был ко мне добр, как никто другой… Мальчик, который каждый день утешал меня и заставлял не терять надежды, мог стать таким жестоким чудовищем?.

. Выходит, я никогда не знала этого мальчика? Выходит… изо дня в день, держа меня в объятиях, Август всего лишь претворялся?.. Надевал маску? Лгал мне? Но как это возможно? Разве не Я его создала?!

Я ничего не понимала.

С каждый днём мыслей в голове становилось всё больше и больше, они казались огромным, ни на секунду не умолкающим роем плёл! Прогнать их не удавалось.

Понять их не удавалось.

Я сходила с ума. Окончательно и бесповоротно.

Вход вновь пошло успокоительное и снотворное. А ещё сигареты. Начинался нервный тик, меня постоянно трясло, а стоило кому-либо обратиться ко мне по этому имени… Глория, и я подпрыгивала на месте от испуга, а сердце в груди колотилось с такой силой, словно вот-вот и остановится ко всем чертям.

Я говорила сама с собой.

Я говорила со своим отражением.

Я говорила с Августом.