Легенда о настоящей силе

Он тоже делал важный вид, подходил к маме и серьёзным, тонким голоском спрашивал:

– Мамочка, скорее посмотри, я ведь похож на полицейского? Когда я вырасту, буду, как папа, сильным и смелым, и мне тоже выдадут такую фуражку!

Марфа с умилением смотрела на сына и ласково отвечала:

– Конечно, похож! Ты обязательно вырастишь отважным богатырём! А ещё добрым и честным, чтобы защищать своих друзей. Ведь сила, прежде всего, в нашем сердце и в добрых поступках.

Марфа-кудесница любила сына и всей душой хотела, чтобы из него получился добропорядочный житель Волшебного леса.

Она занималась с ним, читала сказки, объясняла вещи, которые он сам пока не понимал. Они лепили из пчелиного воска разные интересные фигурки, рисовали ягодными красками.

Агафон-силач, напротив, пытался взращивать в Таптыжке крепость характера. Он хотел, чтобы сын стал мужиком, а не «тряпкой», и все эти лютики-цветочки, обнимашки и нюни-разводяшки считал глупостями. Во время их совместных игр он учил Таптыжку борьбе, заставлял давать сдачи, да бить посильнее.

Если медвежонок падал или ушибался и от обиды и боли начинал плакать, отец вытирал ему одной лапой сопли, а другой хлопал по спине, повторяя:

– Не реви! Ты медведь или мышь!? Терпи, мужики не ревут!

Если с Таптыжкой случалась беда, он прибегал к маме, обнимал её, уткнувшись в пушистое рыжее плечо, получал поцелуй и кусочек сладкого сахара в утешенье. Когда папа был рядом, Таптыжка себе этого не позволял. Он с трудом сдерживал слёзы, тихо шмыгал носом и уговаривал себя быть стойким, потому что очень боялся потерять любовь и уважение отца, боялся разочаровать его.

Таптыжка очень любил своих родителей, но с мамой ему было проще. С ней он был настоящий: весёлый, открытый, жизнерадостный, иногда немножко капризный, иногда чуть-чуть бука. А чаще всего – просто ласковый маленький плюшевый мишутка, которому хотелось нежности и заботы. Ведь он был ещё малышом и, если перевести на наш человеческий возраст, ему выходило не больше пяти лет.

Медвежонок чувствовал трепетное отношение матери.

Она жалела и поддерживала его, когда ему была нужна помощь, играла с ним и бесконечно слушала, если Таптыжке надо было что-то рассказать или поделиться новым открытием.

С отцом было иначе. Он казался таким суровым и терпеть не мог слабаков! Иногда из-за этого Таптыжке приходилось притворяться, чтобы угодить ему. И медвежонок покорно шёл на спортивную поляну, боролся там с другими зверятами, бил, да посильнее, и давал сдачи.