Мне нужен этот шанс!

Ее турецкий приятель очень обрадовался визиту русской девушки, но огорчил ее тем, что всех посудомойщиков уже нашли. И спросил ее, зачем молодой и симпатичной девушке простаивать у чана с грязной посудой, когда есть отличное и перспективное место официантки!

Ей это совсем не понравилось, учитывая, что решение она приняла уже. Ей казалось, что с должностью официантки она не справится. Обязательно прольет на кого-нибудь бокал красного, как кровь, вина или опрокинет тарелку горячего, как вулкан, супа. Однако Батур быстро нашел нужные аргументы, убедив ее тем, что сам работает официантом и это самое прибыльное место.

Ведь за хорошее, быстрое, вежливое и качественное обслуживание ее ждут приличные чаевые, превышающие любую зарплату. А для молодой девушки в незнакомой стране дополнительные монетки в кошельке звенят особенно звонко и мелодично.

Приняв его предложение, Вика начала разрабатывать план по подготовке Светки и своих родных к новому этапу своей жизни. Она даже не знала, кому из них сказать страшнее.

Папа угрюмо промолчит, мама схватится за сердце, сестра скажет: «Пожалей мать», а Светик просто перекроет дверь и всем своим видом покажет, что дороги нет.

Люди, они склоны привязываться к вещям, местам и друг другу. И если с вещами все проще, всегда можно взять пару-тройку любимых с собой, то с близкими людьми все очень сложно и запутанно. «Человеки» обрастают корнями, уходят так глубоко в землю, что выдернуть их становится практически невозможно. Даже самая заветная мечта со временем становится бессильной и неспособной сорвать их якоря и умчать их навстречу переменам.

Вика не считала, что за счастьем надо бегать. Как раз наоборот, она радовалась за тех, кто смог найти свое счастье около себя и наслаждается им с утра до вечера. Но в ее случае движение было необходимо как кислород. Словно кто-то вогнал ей в кровь табун диких лошадей, и он постоянно гонит ее навстречу приключениям.

И бежала она не за счастьем, а неслась за мечтой. И все время боялась не успеть. И не спасало даже понимание того, что еще так молода и что все впереди, жутко боялась остановиться и слететь с орбиты.

А когда она еще четко понимала, куда и к кому двигается, то кричала: «Дайте крылья, я готова!».

Сейчас был именно такой случай: Демир не выходил из ее головы и, что еще провокационнее, из ее снов. Только от одних этих картинок кровь приливала к лицу и мгновенно делала ее «женой Сеньора Помидора». Там, ночью, во сне, разрешалось все что можно и все, что нельзя.