Загадки прошлого

А заодно и нас подставишь, – недовольно произнес кристально чистый голосок девушки повыше ростом со смуглой кожей и коротко остриженными темными вьющимися волосами. Она была одета, словно для рок-концерта, в черную кожу с металлическими вставками везде, где нашлось для них место.

– Я только сказала, что тут невозможно жить в таких условиях. Да еще этот снег. Даже на Аляске было лучше.

Другая девушка выглядела младше, она была очень бледна – так же, как и тот, с кем я только что говорила. Обрамлявшие кукольное личико длинные рыжеватые кудряшки, золотистым водопадом ниспадали на капюшон идеально белой шубки до колен.

Ее светло-карие с золотистыми же крапинками глаза с высокомерным презрением смотрели на мой мир – снег и деревья, которые я так любила. Она мне не понравилась.

– Лео…

Тут они заметили меня.

– Лео, кто это? – с неподдельным интересом спросила девушка постарше. Она с легкостью запрыгнула, а потом уселась на капот иномарки и одним взмахом руки смахнула с него снег, которым наградила машину ближайшая еловая ветка.

Темноволосый красавец развел руками и как бы невзначай встал передо мной, укрывая от взглядов девушек.

– Просто девочка…

Меня эти слова почему-то больно задели. Я решительно шагнула вперед, чтобы представиться и поздороваться, но тут резкий порыв ветра взметнул в воздух снег и, растрепав выбившиеся из-под моего берета кудри, промчался от нас в сторону девушек.

Лео и его спутницы внезапно замерли словно статуи, как будто кто-то отключил у них функцию движения.

Они почти беззвучно втянули воздух, а потом как по команде медленно повернулись ко мне.

На моих глазах мечта превращалась в кошмарное видение.

Эти люди вдруг побледнели еще сильнее, глаза всех троих превратились в ярко-красные озера, а губы на фоне почти белой кожи стали ярче.

Но даже в подобном облике они были великолепны. Пугающая, непостижимая, завораживающая красота. Их взгляды словно приковали меня к месту, потрясенная до глубины души я не смела пошевелиться.

Казалось, одно движение, один вздох и натянутая до предела струна порвется.

Младшая девушка жадно облизнула, будто нарисованные алой помадой на фарфоре, четко очерченные губы, и скривила их в кровожадной усмешке. При этом из ее рта показались жуткие клыки, а в замороженном, неподвижном взгляде появилось неприкрытое, алчное желание убить, растерзать меня. Я вздрогнула в тихом ужасе.