Вышиванка-вышиваночка

А находили очень мало…

Общаться с ней вызвался сотрудник музея, кандидат исторических наук Александр Надточий. Он рассказал ей о наиболее известных маршрутах поисков кладов гетманов Полуботка и Мазепы. А затем поделился своими воспоминаниями, которые особенно вдохновили ее на собственные поиски.

– Легенды и слухи о кладах периодически будоражили все население города. Помниться, я был совсем мальчишкой – в классе четвертом-пятом, и гулял в Пионерском парке. Он, как раз, через дорогу от нашего музея. В нем была хорошая детская площадка и пункт проката.

И школьники любили приходить сюда – кататься на каруселях, брать велосипеды и ездить по парку.

И вот, в один из дней, мы пришли на свою любимую «крутилку», а площадка оказалась оцепленной.

Прямо у одной из качелей образовался провал земли и открылся подземный ход. Он был довольно большой. Мы вполне могли бы туда влезть. Но на цепочке висело предупреждение, что этот оползень опасный и можно погибнуть, а кроме того, подземный ход находился под охраной государства.

На нас это произвело неизгладимое впечатление. Мы много дней, после уроков, приходили сюда и кружили около провала, иногда видели исследователей, но так и не решились сами залезть туда. Понимали, что если произойдет еще один оползень, то мы останемся похороненными заживо. Но, в то время ходили слухи, что тот ход постепенно расширялся и вел к выходу на берег Ворсклы. А еще говорили, что именно этим ходом бежал из города Карл.

– Как интересно! – как зачарованная, произнесла Бьянка.

Она фиксировала все на диктофон, чтоб не упустить ни одного интересного слова, услышанного в этом замечательном городе.

– И что, действительно, Карл мог идти этим ходом?

– Карл – вряд ли. А вот другие – может быть…

Бьянка оказалась так впечатлена рассказом сотрудника музея, что ночью ей приснился очень реалистичный и исторический сон.

… Снилось ей, хоть, впрочем, во сне она ощущала, будто с ней это происходило наяву, будто она стала очевидцем событий, произошедших между королем Карлом и царем Петром.

У Карла вновь открылась рана на ноге, и его гвардейцы драбанты стремительно несли его на носилках по широкой тропине в Яковецком лесу. Король, испытывавший мучения от ранения, случившегося накануне битвы, и контузии от ядра, разбившего прежние носилки, на которых его несли уже во время битвы, впал в забытье и тихо стонал.

Спустя некоторое время, он очнулся и стал выспрашивать об исходе битвы.