Королева воинов

Гольдман совершенно справедливо считал себя новой генерацией прагматиков-бизнесменов, которые должны ориентироваться на объединение, а не вражду.

Примерно через полгода его познакомили по работе с одним известным адвокатом, а тот – со своей дочерью. У Анны был сын от умершего первого мужа. Сама она была чистокровной еврейкой – мечтой его мамы, совершенно некрасивой, претенциозной, но очень богатой, что несколько увеличивало социальную составную часть ее привлекательности. И уже с преобретенной житейской мудростью Миша подумал о слиянии капиталов.

Почти обезумевшая от выраженного церебрального атеросклероза, Фира Львовна испытала внезапное просветление и облегченно вздохнула, узнав, что сын женился на своей. Теперь она могла быть за него спокойна.

Видимо, ее последним делом на бренной земле оставалось лишь успокоение по поводу судьбы Миши. Поэтому она тихо и спокойно скончалась, даже не дав сыну возможность подготовиться заранее к похоронам. Новая жена не поехала на похороны, мотивируя это тем, что она совсем не знала покойную.

Честно говоря, после смерти Лизы, Миша понял, что он не способен к долгим и глубоким страданиям. Поэтому он очень быстро стал заниматься обычными и новыми делами. Новый тесть предложил ему вложить средства в магазин электроники. У жены был свой бизнес – швейная мастерская, которая постепенно стала превращаться в фабрику.

И сначала все пошло, вроде бы, хорошо. Тесть познакомил его со многими компаньйонами.

Поначалу его очень заводила обычная надменность Анны. Она везде вела себя так, будто была королевой. В этом был своеобразный шик. Она не была красавицей, но всегда была в центре внимания, где-бы не показалась.

Все было бы неплохо, если бы приемный сын не был такой вредный. Михаил и не обольщался мыслью заменить пасынку отца. Да даже и не старался. Но он вел себя с Яковом неизменно ровно и дружелюбно.

Амбиции жены все возрастали, она требовала все больше внимания к своей персоне, постоянно присутствовала на светских тусовках и таскала за собой сына и Михаила. Гольдман же изнывал на этих мероприятиях. Он, конечно, понимал, что это мелькание перед публикой выгодно для него самого. Ведь к этому времени он уже владел несколькими фирмами, к которым надо было привлекать внимание.