Рыжий клоун. Роман

Бебэ вышелушивал семечки, нахваливая директора, выбравшего это замечательное место для циркового шатра. Где бы они ни бывали, поле подсолнухов словно следовало за ними. Шарль всегда видел подсолнухи в окно своего балаганчика. Всегда…

Лелэ выбрала для Шарля два костюма: светло-фиолетовый и светло-золотой. Приказала вначале примерить золотой.

– Да, – одобрительно кивнула, когда Шарль вышел из-за ширмы. – Именно так должен выглядеть безумно влюбленный юноша.

– Ты считаешь, что я безумно влюблен в эту девочку? – нахмурился Шарль.

– Не безумно, – скрестив на груди руки, ответила она. – Но влюблен. Моя женская интуиция меня ни разу ещё не подводила. Скажешь, я не права?

– Симона мне нравится, – сказал Шарль. – Очень нравится, но… Она выросла у меня на глазах. Я играл с ней в куклы. Считал её сестрой. Да, да, да она – моя младшая сестра, которую я не имею права любить, как мужчина. Но… – Шарль развел руками, – беда в том, что я не могу совладать со своими чувствами, хотя честно пытаюсь от них избавиться.

– Беда не в этом, – покачала головой Лелэ. – А в том, что ты пытаешься уничтожить в себе самое лучшее, самое светлое, не задумываясь о том, что ты уничтожаешь себя. Зачем?

– Чтобы ни за кого, кроме себя, не отвечать, – ответил Шарль, повернувшись к зеркалу.

– Молодец, – похлопала его по плечу Лелэ. – Жить так, как ты, проще, беззаботнее. Но скажи, зачем тебе тогда этот костюм? Зачем ты собрался в дом банкира? Неужели, ты хочешь отшлепать бессовестную девчонку?

– Лелэ, ты всегда задаешь вопросы, которые заводят меня в тупик.

– Я готовлю тебя к неожиданностям, – улыбнулась она, щёлкнув его по носу. – Иди, не теряй драгоценных минут. Помни, ты – человек, достойный уважения. Даже Симона сказал, что многим обязана тебе, Шарль Бенош.

– Спасибо, Мари, – поцеловав ей руку, сказал Шарль. Она обняла его, подтолкнула к двери.

– Я за всё заплачу сама. Иди.

– Девочка Вас чем-то огорчила?

– Какая девочка? – удивился Филипп.

– Алисия, – улыбнулась Оливия, подсказав молодому королю, о ком идёт речь.

СИМОНА

Привратник распахнул дверь, улыбнулся:

– Прошу-с. Вас давно ждут-с. Поднимайтесь наверх.

Слуга в дорогой ливрее поклонился, пропуская Шарля в зеркальную комнату-зал со сверкающим паркетом.

– Рад вас видеть, господин клоун, – раздался сдержанно-холодный голос. Банкир Шварц Штанцер отразился сразу в нескольких зеркальных коридорах.