Рыжий клоун. Роман

 – Люди будут показывать на нас пальцами и хихикать.

– А ты разве не привык к тому, что над тобой смеются? – спросила она, нахмурившись. – Считай себя героем сцены, королём цирковой арены. Будь выше толпы. Запомни, милый, всё, что происходит за пределами Шапито, такой же цирк. Просто ты не знаешь последовательность номеров и количество артистов, занятых в программе, поэтому следует быть готовым к исполнению своего любимого трюка в любую минуту. Понятно? – она щёлкнула его по носу. – Улыбайся, дорогой, за нами следят.

– Кто? – оглянувшись по сторонам, спросил Шарль. Лелэ поднялась по ступеням, раскрыла дверь балаганчика и ответила:

– Вечность… Мы все когда-нибудь предстанем перед Всевышнем. Мы все дадим Ему отчёт за свои дела, слова и даже мысли. Поэтому, не мысли зла. Пусть твоя душа будет чистой и лёгкой, как перышко. Ведь на весы вечности положат не наши тела, а наши души.

– Лелэ, не рановато ты принялась читать нравоучения малышу? – поинтересовался Бебэ.

– Не рановато, – ответила Лелэ, усевшись к зеркалу.

Бебэ повернулся. Грим был полностью стёрт с его лица. Узнать клоуна Бебэ в этом человек с волевым подбородком, крупным носом, крупными далеко посаженными глазами в обрамлении густых ресниц и мохнатых бровей было совсем непросто.

– Главное, не будь клоуном в реальной жизни, сынок, – сказал Бебэ, глядя в глаза Шарля. – Для лицедейства есть арена. Для действующих лиц – сцена. Всё остальное – обычная жизнь, повседневность. Она может быть удивительной, если ты сам наполнишь неповторимостью каждый миг.

Любуйся, влюбляйся, целуйся, наслаждайся тем, что имеешь. Живи радостно, не грусти из-за пустяков.

– Тебе легко так говорить, тебя никто не заставляет идти в кино с «красавицей» Мати-тильдой, – посетовал Шарль.

– Сынок, посмотри на это с другой стороны! – воскликнул Бебэ. – Смотри!

Он схватил под руки Лелэ, принялся её кружить, роняя табуреты, расшвыривая набросанную на полу одежду, приговаривая:

– Вы так аппетитны, булочка моя, Матильда! Я проглотить готов вас тот же час.

Сейчас, сейчас, сейчас, я повяжу салфеточку на шею, налью себе стаканчик чаа-а-аю и… – Лелэ вырвалась и отбежала в сторону. Бебэ принялся наступать на неё. – Матильда, вы куда? Матильда, я скучаю… По вашим формам, по изгибу рук… – Лелэ обвила его шею и потерлась белой щекой о его щеку. Он попытался высвободиться из её объятий. – Матильда, ну зачем вы так со мной? Зачем вы так? Вот так?

– Я так веду себя из-за того, что вы – дурак! – ответила Лелэ.