Звезда Авамерии. Скортания. Часть первая

 – За такой огромной диадемой никто не увидит малюсенькую шишечку.

Сестра держала в руках мою праздничную диадему. Да, она действительно была великовата в размерах. Мне казалось, что она черезчур велика даже для такого праздника. Диадема была сделана из самых красивых кораллов, которые только можно было найти в Авамерии, и кристаллов хрусталя из Скортании. И больше она походила на царскую корону, чем на диадему принцессы без королевства.

– Ну, как я тебе? – спросила Эльза, чем отвлекла меня от моих мыслей.

Я посмотрела, как она одела себе на голову диадему и стала кружиться возле зеркала.

– Ты похожа на маму, – сказала я. И это действительно было правдой. Наша мать была блондинкой с голубыми глазами. Полной противоположностью нашем отцу. И Эльза была точной её копией. Большие голубые глаза, светлые брови. Тонкие черты лица, лёгкий румянец. И волосы до талии. Иногда мне казалось, что они не просто белые, а безупречно белые – ангел, а не принцесса. Хотя ангелом её сложно было назвать.

Иногда сестра была просто бесёнком. Она очень подвижная, весёлая и любящая пошутить девушка. Все её обожают и называют «наша маленькая звёздочка».

Сегодня мы оделись в одинаковые платья, только моё синее было расшито золотом, а её – серебром. И диадемы у нас были разные: моя была с золотым напылением, а её – с серебряным. Да и по размеру они отличались – это подчёркивало, что наследницей престола была именно я, а не Эльза.

Тут в дверь постучали. Мы вдвоём повернули головы и увидели входящего Верина – первого и главного советника нашего отца.

– Миледи, – сказал он, низко поклонившись. – Король Ангус и королева Ливия ожидают вас.

– Мы уже идём, – сказала я. Эльза помогла мне одеть диадему, поправила свою и мы вдвоём вышли из комнаты.

Верин шёл впереди, провожая нас в большой зал. Я смотрела на его спину. Было заметно, что он стал сгибаться немного ниже, как будто под тяжестью своих прожитых лет. Я никогда не задумывалась о том, как давно Верин служит у нас и сколько же ему лет.

Он всегда был рядом с нами. Помню, что даже в нашем детстве он уже был стариком: длинные седые волосы, завязанные в хвост, умные зелёные глаза, кустистые брови, всегда немного сдвинутые к переносице. Всё его лицо было в морщинах, как отражение пережитых лет.

Верин был просто кладезь знаний. Казалось, он знает всё на свете. Иногда я думала, что о чём бы мы не спросили старого советника, он знает ответы на все вопросы.