Пятьдесят свиданий с врагом

Джун с омерзением швырнула конверт в мусорку под столом и сразу успокоилась, почувствовала себя лучше. Для подстраховки выставила мусорку в коридор: горничная увидит и уберет. Бумага пойдет на переработку. На благое дело. Все хорошо.

– Ну что? Хочешь увидеть, что подарил мне Фрэнк? – чересчур счастливо спросила Джун, глядя в небесные глаза Мелани, и та кивнула.

– Уверена, он удивил тебя.

– Да, он… Я не знаю, смогу ли когда-нибудь быть достойной этого дома.

Мелани вскинула изогнутые темно-рыжие брови и посмотрела с укором:

– Человек ценен сам по себе, и тем более ценнее какого-то дома.

– Как же я завидую твоей уверенности! – восхитилась Джун.

– Я просто принимаю себя такой, какая есть.

– Да, но ты идеальная. Принять такую, как ты, легко.

Мелани заливисто рассмеялась и присела на край кровати, поглаживая бархатную драпировку на футляре.

– Ты единственная, кто так думает, – с доброй улыбкой ответила она, чертя аккуратным ногтем серебристый герб Андерсонов, но Джун возмутилась:

– Не единственная! А Тони? Он всегда ставит тебя в пример.

– Просто я внешне похожа на Иден. Но в остальном мы с ней очень разные, а он этого не понимает… Ты считаешь, он до сих пор в меня влюблен?

– Думаю, да. У него нет постоянной девушки. Это странно.

– Наоборот, не удивительно. Он парень требовательный, попробуй такому угодить. – Мелани с любопытством открыла футляр и воскликнула: – Вау! Это же ожерелье Иден! Она всегда надевала его на Рождество… И я точно знаю, какое платье выбрать для тебя.

…И Джун честно пыталась помнить о том, что блистать нужно для Криса. Но, увы, угодить хотелось младшему Андерсону, которому угодить оказалось невозможно.

Пробило 18:00. Прием был в разгаре. Джун стояла в саду в паре шагов от террасы, в окружении друзей, которые играли в салочки, и старалась держать спину ровно. Все-таки роль хозяйки исполняла.

Изумрудный сад, изумрудного цвета длинное облегающее платье с открытыми плечами, очень темная помада, изумруды в ушах и на шее – головокружительное сочетание элегантной роскоши.

Вот и сейчас он взглянул на нее, но тут же прикрыл глаза, глубоко вдыхая, потому что Уитни завизжала как резаная. Принц Паркер не переносил подобной невоспитанности, и Уитни старалась допечь его, как никогда.