Приручить Цербера

О том, что Артем когда-то приглашал ее на свидание, Данила хорошо знал, как и о том, что Настя сводного кузена просто на дух не переносила. Впрочем, а кого она переносила, кроме ББ?

– Данила, с понедельником, – довольно сказал Артем, заваливаясь в кабинет и усаживаясь в кресло. – Очуметь, ты это видел? – он изобразил женскую грудь, образно пририсовав ее себе широкими ладонями. Артему говорить мешала одышка; человек он был молодой и подтянутый, но страдал каким-то эндокринным недугом.

– Это, вообще-то, Анастасия Терехова, практику здесь проходит.

Заместитель, рассмеявшись, ответил:

– Ее не узнаешь! Так бы ее и…

Что бы Артем ее – он не договорил, потому что дверь открылась, и в кабинет вошла Настя. Бестия специально покачивала бедрами, приближаясь к столу, и не смотрела ни на кого конкретно, оставляя немного тайны.

– Добрый день, Артем. Как твоя щитовидка? – низким, сексуальным голосом спросила она, присаживаясь в своей этой ультра-узкой юбке, и у Артема отвисла челюсть.

– Спасибо, не жалуюсь, – просипел он в ответ. – Ты к нам на все лето?

– Ах-ха.

– Поздравляю, начальник у тебя – лучший из лучших.

Настя, спохватившись, положила на стол длинный блокнот и, эротично облизав палец, перевернула страницу.

– Данила Дмитрич, у вас в два часа гость, представитель английского филиала. У него какая-то срочная фигня для обсуждения, хотя он лишь проездом в Москве. Значит, не такая уж и срочная.

Мельник осоловело ловил каждое движение Аиды, которая готовилась вывернуть на него чан с адским пламенем.

– Я зайду, когда вы кончите, – тихо сказала Настя, поднялась и медленно пошла на выход, как по подиуму. Взгляд Артема последовал за ней, примагниченный похотью. Данила же старался смотреть в стол, чтобы сосредоточиться.

– Ч-черт. Может, попробовать ее еще раз на свидание позвать? – прошептал Артем.

– Большой Босс тебя кастрирует тупым ножом.

– Не факт! Я выгодная партия, бизнес останется в семье, так сказать.

«Скорее тебя на кол посадят», – рассудил Данила, но промолчал. Если кто-то хочет острых ощущений и отговорить невозможно, то, может, и мешать не стоит.

Было восемь двадцать, когда заместитель вышел из кабинета. Они так ничего и не обсудили. В восемь тридцать Настя уже вернулась и с победным видом положила на стол свой поцарапанный смартфон, на котором было короткое видео.