Полюбить Ареса

Гостиная поразила не столько минимализмом, сколько предметами интерьера. Большой барочный диван, обтянутый потертой от времени темно-зеленой замшей, огромное зеркало почти во всю стену и десятка два диванных подушек разного цвета. Стопки потрепанных журналов на подоконнике, окно без гардин. Старый паркет. Ни стола, ни кресел.

Стас предложил чаю, но потом опомнился, что нет заварки.

– Обычной воды будет достаточно, – попросила Саня, и он принес ей… золоченый гравированный кубок.

– Есть деревянная кружка из Ирландии, – оправдался Архипов.

На Саню вдруг навалилась такая усталость, что она, не думая об условностях, забралась с ногами на диван и, сбросив туфли и куртку, откинула голову, глядя в потолок. Потолок был расписан фресками.

Стас включил рацию и быстро переговорил с охраной, которая осталась дома, объяснил ситуацию, не называя адресов или имен, стащил снаряжение и оставил оружие в сейфе в углу комнаты. На охраннике была черная футболка без символов; вдоль правой руки тянулся жуткий свежий порез, который по-хорошему нужно держать под бинтами.

– Утром заберу машину и доставлю вас домой. А сейчас позвоните Валентину Геннадьевичу, скажите, что все в порядке. Только эти слова, никаких деталей, – мягко напомнил он, возвращая в реальность.

– Володя! – резко выпрямившись, вспомнила Саня. – О Господи, нужно отправить ему сообщение.

Она открыла серебристую сумочку размером не больше портмоне и вытащила айфон. Двенадцать пропущенных звонков и три сообщения от Володи.

От резкого скачка эмоций появилась рассеянность, стало трудно реагировать на окружающий мир. От стресса Санин организм всегда падал в обморок, не оставляя выбора. Немного помогал крепкий кофе, но вряд ли он имелся в этой квартире. Хладнокровие закалялось также бесконтактным боем, который она практиковала последний год, но иногда нервы все равно сдавали. Вот как сейчас. Можно было помедитировать, но еще лучше – просто лечь поспать.

Саня отправила смс-ку своему явно рассерженному парню, позвонила отчиму и, передав трубку Стасу, слушала, как они обсуждали дела, опять же без каких-либо значимых подробностей. С каждым словом из нее как будто вытягивали силы, и глаза сами собой начали закрываться…

– Саша! Саша, слышите меня? – тряс ее за плечи Архипов.

– Что-то случилось? – попыталась она придать охрипшему голосу заинтересованности, хотя в данную минуту ей было все равно.