Ведьмин пес

Пес молчал, и это было неудивительно, но Энджи решила не сдаваться:

– Я жду ответа! – подпустила она еще металла в голос, чувствуя себя при этом полной дурой.

«Похоже, у меня здесь тоже крыша набекрень поехала, – промелькнуло у нее в голове, – требовать от животного, чтобы оно обосновало свою позицию».

Энджи уже была готова сдаться, но пес вдруг встал на лапы и направился к ней. Двигался он явно неохотно, но, видимо, выполнение или нет приказа ведьмы не зависело от его воли.

Энджи с Егоршей, затаив дыхание, ждали, что будет дальше.

Подойдя к ней, пес склонил голову и замер, как будто ожидая от нее каких-то действий.

«И что теперь?» – взглядом спросила она приятеля.

– Положи ему руку на голову, – шепнул он.

Она несмело протянула руку и положила на склоненную собачью голову. Пес не двигался, терпя ее прикосновение, но ничего не происходило. Энджи растерянно пожала плечами и прошептала:

– Ничего.

– Закрой глаза и задай ему вопрос, а главное, попробуй на этом сосредоточиться. Ты же ведьма, используй свою силу, – вполголоса советовал Егорша, – может, надо еще сказать что-нибудь типа «крибле-крабле-бумс» или «трах-тибидох-тибидох», – усмехнулся он.

– Без «тибидох» обойдемся, – зыркнула она на него.

Отказавшись от заклинаний, Энджи решила воспользоваться первым советом. Прижав руку чуть плотнее к собачьей голове, она проникновенно произнесла:

– Сейчас, Игорь, я тебе покажу, каким Самойлова вижу я.

Она закрыла глаза и попыталась представить себе Виктора таким, каким запомнила его еще давно.

Перед мысленным взором предстал высокий, стройный темноволосый мужчина с большими карими глазами и обаятельной улыбкой. В руках он держал трехмесячного белого алабая.

Пес глухо заворчал и слегка вздрогнул, видимо, ее видение каким-то образом передалось и ему, но вызвало совсем другие эмоции.

– Продолжай, – услышала она тихий голос Егорши, не спускавшего с них глаз.

Приободрившись, Энджи произнесла:

– А теперь, Игорь, покажи ты.

Она постаралась прогнать свое видение и, освободившись от мыслей, настроиться на то, что покажет ей пес.

Не сразу, но перед ее мысленным взором возникла наконец какая-то размытая картинка.

«Ого, что-то получается!» – обрадовалась она и постаралась «навести фокус», сосредоточившись на приеме информации. Постепенно картинка начала проясняться, и вот она уже могла видеть все, что показывал ей пес, до мельчайших деталей.

– О боже, – вдруг испуганно воскликнула она и отдернула руку.