Дело мистера Болта

И знаете, она садилась всегда только здесь, – сказал он, глубоко вздохнув и указав рукой на самую середину первой скамьи.

– Отец Шон, – продолжал я, – а Вы в курсе посланий на телах жертв, оставляемых убийцей?

– Нет, сын мой, я ведь не доктор, а газеты меня мало интересуют, они сеют сплетни и зло, а тело доходит до меня уже в несколько ином виде: чистым и убранным, готовым отправиться в свой последний путь.

– Ну да, конечно, – произнес я задумчиво, – но возможно, Вы бы могли помочь мне кое в чем?

– Если это в моих силах, то непременно.

– Взгляните, – сказал я, протянув бумажку с написанным на ней посланиями с тел жертв, – как Вы думаете, отец, что бы это могло означать?

– Ах, это, – произнес священник, взяв ее в руки и быстро пробежавшись глазами по тексту, – очень просто, сын мой, это цитаты, взятые убийцей из книги притчей Соломоновых.

– А что представляет собой эта книга?

– Да я смотрю, вы Библию даже не перелистывали ни разу. Соломон был великим царем. Он не просил Бога ни о славе, ни о золоте, а только лишь мудрости и знания.

– Спасибо, святой отец, Вы очень помогли мне, – сказал я, собираясь уж было идти, но священник остановил меня.

– Постойте, – сказал он внезапно, – вот, возьмите, – произнес он, протягивая мне маленькую книжечку в черном переплете.

– Что это?

– Думаю, что эта та единственная вещь, которая могла бы помочь пролить свет истины и разрешить все ваши вопросы.

– Благодарю, – сказал я и стремительно направился к выходу. Поместив данную мне маленькую книжицу во внутренний карман любимого плаща, служившего мне верой и правдой.

Итак, теперь мне предстояло направиться к Чарльзу Рэмону для предоставления ему отчета о проделанной мною работе, как и было условлено. Через ближайший переулок я вышел на главную улицу и направился вперед вдоль лавок, торгующих всевозможными мелочами, маленького галантерейного магазина, швейной мастерской и тому подобных общественных заведений, скрашивающих быт простого народа.

– Мистер Болт – послышался сзади юный звонкий голос.

– А, – сказал я, обернувшись. – Мадлен!

Мадлен была знакомой мне юной барышней, она работала в прачечной недалеко от этого места.