Семейная реликвия

Он повел ее между захоронений.

На могиле Николая Волховского стоял черный мраморный крест, а на соседней, его жены, была установлена скульптура женщины в старинном одеянии.

С кокошником на склоненной голове.

Вытянутой рукой женщина слегка касалась мраморного креста.

Вот это да! Как живая! В том самом костюме, что и на картине!

Котя подошла. Мраморная рука, протянутая к кресту, касалась его лишь кончиками пальцев, словно напоминая: я здесь, я с тобой, я рядом.

Котя хотела дотронуться до руки, но в последний миг испугалась.

Котя выдохнула и отругала себя. Услышал бы отец Варфоломей ее мысли, перекрестился бы.

Она еще немного постояла и пошла к выходу.

Почему-то ей было совершенно ясно, что ноги не зря привели ее сюда.

Она найдет украденный кокошник.

Чего бы ей это ни стоило.

Шаги на пути к решению траблов

Зайдя в квартиру, Котя сразу направилась к соседней двери и постучала.

– Ларик, ты дома? Если можешь…

Не успела она договорить, как дверь распахнулась, и парень в теплом спортивном костюме и вязаной шапке предстал перед ней, тяжело дыша. Из комнаты дохнуло холодом.

– Ты чего делаешь? – заглянув ему за спину и увидев открытое настежь окно, спросила Котя.

– Тренируюсь.

Ларик отодвинулся, продемонстрировав беговую дорожку, стоящую посредине.

– Ничего себе! – поразилась Котя.

– На улицу лень ходить.

– Выморозишь всю квартиру, – на правах старшей предупредила Котя. – До вечера зубами стучать будешь.

– Она быстро нагревается, – махнул рукой спортсмен-надомник. – Я так второй год занимаюсь. Дорожка вообще вещь! Маст хев. Скоро на золотой значок ГТО сдам. При поступлении зачтется. Лишние баллы получу.

– А куда поступать планируешь?

– Да всюду, где на программистов учат. Куда баллов хватит, туда и пойду.

– А ты вообще как, хорошо учишься? – спросила Котя, уверенная, что выше тройки и четверки по пению тот оценок не видал.

– Одна четверка пока.

– А остальные? Тройки?

– Ты чего? Пятерки.

Ларик с ходу выдул пол-литровую бутылку воды и пояснил:

– Литераторша тормозит. Я для нее вроде токсика. А сама – душнила настоящая. Сочинения, говорит, у тебя слишком короткие. Ну как же, отвечаю, вот вступление, вот основная часть, вот вывод. Все на месте.