Ты здесь чужой

Скорее всего, от этой женщины я нахватался блох.

* * *

…Дома, уже после душа, я разобрал бумаги, отнятые у подружки стукача, и нашел страницу со собственным портретом (снят в кресле у Ливнева в профиль). Джек не оставил под фото никаких заметок, там значилась только дата моего визита к врачу. Очевидно, парень сформировал это «досье» наспех. Черт с ним. Одной проблемой меньше – то хорошо. Я отодрал край паркета и сунул бумаги в устроенный под полом тайник.

Оставалась проблема Дара Рейнена, но для сеанса связи следовало выбрать мощный источник энергии.

…Подходящая подстанция электросети Элама оказалась невелика, неряшлива снаружи, внутри пахла горелым пластиком и обслуживалась маленьким кибером. Он ткнулся в мой ботинок и откатил прочь. Жирная крыса вразвалку отправилась в угол и затаилась там, наблюдая. Я опасался получить удар током, поэтому надел толстые резиновые перчатки.

…Дар Рейнен возник в виде объемного изображения головы. Голова нахмурилась – пускай. Раздражение врага играло мне на руку.

– Добрый вечер, полковник.

– Ах, это ты… Если хочешь поговорить – давай, я тебя слушаю.

– Думаешь, избавился от меня? Не выйдет. Можешь вербовать дураков и посылать их через портал в другой мир, сам понимаешь, какая их тут ждет участь.

Даркин оглядел меня бесстрастно, изучающе и довольно равнодушно. Ему было все равно. Или он сделал вид, будто все равно.

– Чего ты добиваешься, Вильер?

– Разумного подхода к делу. Если Маркус умер, пускай это подтвердит второй человек. Из тех, кого я знаю в лицо.

Мой враг не смутился, наверняка предвидел такой оборот.

– Хорошо, – без особой спешки согласился он. – Кого предпочитаешь увидеть? Правда, выбор не большой, у нас довольно поздно, и я не стану посылать за теми, кого сейчас нет в Супреме.

Мне очень нужен был мой друг Шэм, но я не хотел его подставлять, поэтому просто ответил:

– Устроит любой человек, знакомый мне, но не из твоих приспешников.

– Приспешников? У меня таких нет. – Рейнен улыбнулся с отсутствующим видом, будто думал о чем-то другом.

– Ладно, – внезапно согласился он. – Конечно, такое недоверие оскорбительно, но ты никогда не отличался вежливостью.

Рейнен исчез из поля зрения.