Геония. Центурион. Мастер Миража. Предсказатели

– Почему?

– Я – псионик. Слабенький, но псионик. Простите, мне стыдно, вам не следует доверять таким, как я. Воду оставьте себе – вам она больше пригодится.

Инспектор в сером мундире поднялся со стула, ссутулившись. Его убитый вид тронул Егеря.

– Постойте, Фил!

– Зачем?

– Вы сейчас совершаете ошибку. Можно пользоваться своими способностями или пренебрегать ими, но нельзя идти на поводу у маньяка. Вы сенс? Пусть так – для меня это не важно, вы честный человек – это главное. Мы не можем разбрасываться верными людьми – по одиночке нас удобнее и безопаснее бить.

– Вы мне верите?

– Да.

Кравич опустился на стул.

– Ну что ж… Приказывайте, мастер советник.

– Это скорее просьба – я же сказал, дело носит неофициальный характер. Вы видели мертвое тело Фантома?

– Нет.

– Будьте спокойны, существуй оно в природе, свихнувшийся Ролан предъявил бы публике труп – хотя бы для устрашения. Вы видели, что он сотворил с Зенитом? И, тем не менее, мертвого Фантома не видел никто.

– Думаете, двоим это по силам?

– Не знаю, вот и проверим. У меня есть оружие в сейфе, кроме того, понадобится ваш дар псионика. Двое нормальных офицеров против сумасшедшего «консула» и его мятежников – как вам такой расклад?

– Заманчиво. Однако, Ролан хоть и псих, но не дурак – за него вся охрана четырнадцатого отдела, мятежники засели в резиденции Фантома, прибрали к рукам склад с пси-защитой и стволами, держат связь под контролем, запугали и запутали наших ребят.

– Тем лучше – задача становится интереснее. Так как?

– Я с вами хоть в Аномалию.

– Тогда – пошли.

Так получили начало события, невероятным образом определившие судьбу троих беглецов, чей кар в эти часы мчался на восток.

Глава 25. «Стрела, летящая в ночи»

Каленусийская Конфедерация, северо-восточное шоссе

– Пора передохнуть, меняемся местами, вы – за руль, Хэри.

Стриж притормозил у обочины. Пыльная, осенняя степь плоской тарелкой уходила к серому мареву горизонта. Метелки высохшей травы почти не шевелились под ветром. Восточная трасса узким порезом рассекала равнину пополам. Он огляделся – ни единой машины ни с той, ни с другой стороны, дорога словно бы вымерла – тишь да гладь, лишь два неряшливых шара перекати-поля застряли в выбоине полотна.