Геония. Центурион. Мастер Миража. Предсказатели

– Я не собираюсь вам вредить. Я не уголовник.

– Тогда или говорите, что вам нужно, или убирайтесь, я устал играть в умолчания.

– Вы были знакомы с Джулией Симониан?

Милорад-старший, казалось, чуть дрогнул.

– Ну, допустим.

– Говорят, ее похитили, а ее друга-ординатора убили.

– Про это все знают – об этой трагедии писали в новостях.

– А те подробности, которых нет в новостях, вам известны?

– Откуда? Все, что знал, я уже рассказал полиции.

Птеродактиль прошелся из угла в угол, рассеяно потер рукой лоб, оставляя на бледной коже болезненные красные пятна.

– Не лгите, это, говорят, грех, – сказал наблюдавший за его движениями Стриж.

– Кто вы такой, чтобы учить меня этике? Вон, или позову охрану.

Стриж не поторопился на выход, а всего лишь криво усмехнулся.

– Охраны в коридоре нет, но не бойтесь, я вас действительно не трону. Хотите знать, в чем основная разница между вами и братом-комендантом?

– Во всем!

– Нет, разница более тонкая. Он делает то, что считает правильным, и не мучается ни совестью, ни страхом.

Вы знаете, что велит вам совесть, но бездействуете, потому что вы трус. Как вариант – корыстный трус.

Профессор Милорад задохнулся. Дезету показалось, что старик сейчас сорвется, но Птеродактиль лишь густо покраснел.

– Вы хам. Не вам судить о чужой совести, у вас своей наверняка не много.

– Мои качества сейчас значения не имеют, вам достаточно знать, что я друг Джулии Симониан. Вы что-то знаете, но скрываете, это заметно по неосознанным движениям рук.

– По движениям рук, значит… – Милорад сухо хмыкнул, краска злости сползала с его лица, превращаясь в отдельные багровые пятна. – Вы еще молоды, привыкли к насилию и ничего не боитесь, это мне и без неосознанных движений понятно. Я же стар, физически беззащитен и не обязан вам верить… Между прочим, я был единственным, кто ее тогда предупреждал!

– Предупреждал о чем?

– Чтобы держалась подальше от Майера. – Птеродактиль безнадежно покачал головой. – Джулия исчезла в ночь после приема.

Сначала появилась с тем самым мальчиком, с Диззи, он работал у нее секретарем. Потом, вроде бы, разговаривала с пси-философом Хэри Майером. Писали, будто мальчика убили, но это не вполне так – он сейчас умирает в Центральной Клинике.

– Вы сообщали полиции про Майера?

– Нет. Я же старый трус!

– О чем вы пытались предупредить Джу? В чем конкретно опасность Майера? – снова спросил Дезет, пропустив колкость старика мимо ушей.

– Это сложно сформулировать.