Непреодолимые обстоятельства

Никто не будет насмехаться и подтрунивать, а Виталя не станет умничать. Заниматься до шести утра ей однозначно понравилось. Тишина, но уже светло. В окнах погашен свет, люди спят. И только она рождает молочную кислоту в собственных мышцах, делая приседы и наклоны.

Правда, в последнее время Лельке казалось, что за нею следят. «Наверно, становлюсь параноиком», решила она и попыталась ощущение игнорировать. Но каждое утро, вот уже несколько дней подряд, у неё было стойкое ощущение, что за ней наблюдают. Как заштатный младший сотрудник метеорологической станции смогла определить, как выглядит это ощущение, Лелька не знала, но ориентировалась на себя – ей действительно казалось, что она чувствует на себе чужой взгляд.

Лелька поделилась чувствами с Катькой. Она – единственная, кто разделял интересы девушки. Матери не скажешь, та точно шизоидом посчитает на фоне употребления шпината. А сестра была так занята устройством личной жизни, что даже Вадькой интересовалась для проформы, оставляя внука на попечение бабушки всё чаще.

– Непутёвые вы у меня. Одна в подоле принесла, другая просто умом тронулась, – вздыхала мама и шла лепить котлеты или запекать курицу. «Для Вадьки!», говорила она и Лелька давилась мясными ароматами, жуя капустный лист.

Но надо признать, комплексный метод сработал.

– Тебе нужно в бассейн и зал. – Твердила Катька, которая устроилась на рецепцию недавно открытого фитнес-клуба недалеко о их дома, и теперь с видом знатока втюхивала всем знакомым годовые карты.

– Кать, тебе хоть процент за это платят? – Поинтересовалась мотивом подруги Лелька.

– Нет, я за идею, – хохотала подруга. – Хочу, чтобы все люди были красивыми и здоровыми. Кстати, я записала тебя на пробное занятие. Оно бесплатное, – подчеркнула нарочито громко, чтобы слышала Галина Ивановна в соседней комнате. – А потом карту купишь. Но я уверена, тебе понравится!

– Тебе лишь бы дерьмо какое втюхать, Кать! – Мама возмущенно громыхнула утюгом из своей спальни. – А эта полоумная сейчас купит и ничего, что карта эта две её зарплаты стоит.

– Ну почему же две, Галина Ивановна? Чуть больше, чем одна. Но зато на целый год. Да и зал у нас с бассейном, пилатесом и йогой в гамаках.

– В гамаках… – Передразнила мама и плюнула в сердцах. – Ну вас, дурочки! До двадцати пяти лет дожили, а всё херней страдаете, да в гамаках качаетесь.

Лелька с Катькой беззвучно заржали, предпочитая закончить бессмысленный спор.