Прости грехи наши… Книга вторая

Она схватилась за дверную ручку, и, повернув последнюю, с налета вломилась в кабинет. Стоявшие позади ученики отпрянули назад, словно живая стена.

– Это что еще такое, Лякишева! – заорала на нее Антонина Петровна.

– Я – свидетель! – глядя на милиционера, с жаром произнесла девчонка, – И по закону вы обязаны записать мои показания!

– А откуда же ты так хорошо закон знаешь? – спросил у нее Павел Владимирович.

– Я – отличница, а мой дядя – подполковник милиции в Ленинграде, – заявила девочка, – И, если вы не оправдаете Григорьева с Колобковым, я позвоню дяде!

– Нет, – согласился Павел Владимирович, будто и впрямь, испугавшись, неизвестного дяди, – Не будем никому звонить, рассказывай!

– Все началось из-за моей бабушки…, – торопливо начала Арина.

– Подожди, подожди, – остановил милиционер девочку, – А, бабушка-то тут причем? Она, что тоже там была?

Антонина Петровна подкатила глаза к потолку.

– Да, нет же…, – махнула рукой Няня, – Она погибла во время войны…

Павел Владимирович вытер вспотевший лоб.

– Две недели назад я ее карточку показывала на встрече с ветеранами… А, Мухин нарочно уронил ее и наступил. Гриша, то есть, Григорьев, – поправилась девочка, – Заставил его поднять.

– И как он это сделал?

Арина замешкалась.

– Ну…

– Он ударил Мухина?

– Да, но Мухин первый начал бить!

– А, что произошло сегодня? – допытывался Павел Владимирович.

– А сегодня, у нас не было урока географии, и я пошла, сажать огурцы…, – поправила Арина очки.

– Огурцы? – переспросил изумленный милиционер.

– Ну, да, у нас при школе есть опытный участок…

– Лякишева, не вводи в заблуждение органы. Рассказывай по делу! – сердито посмотрела на нее директриса

– А я и, так по делу. Когда я возвращалась с участка, то увидела, как брат Мухи… Мухина из десятого «В» со своими друзьями избивали Ваньку с Колобком.

– Ты чего несешь, очкастая! – вскочил Мухин.

– Успокойся, – приструнил его милиционер, – Надо было говорить, когда тебя спрашивали!

– А Колобок – это…? – посмотрел он на Арину.

– Ну, как вы думаете, кто здесь может быть Колобком? – вздохнула та, и посмотрела на Вовку, – Самый толстый, конечно же….

– Я не толстый, а упитанный!– обиженно отозвался мальчишка.

– Боже мой, – схватилась за голову Антонина Петровна, – Колобки, Мухи… Шут знает, что… Просто цирк какой-то, а не школа! – она с укором посмотрела на Ольгу – завуча по воспитательной работе.