Сильнее времени

Наверное, это ее заслуга, что Аня ночевала не в баре, не в отделении полиции и не у Влада, что еще хуже, а была доставлена в целости и сохранности на успевшую полюбиться кроватку в ее комнатке в особняке.

Тяжело поднявшись, девушка отправилась на кухню. В квартире было пусто и тихо, совсем как в ее первое утро в этом доме. Тогда внезапно нагрянул Иван, а после него из чулана вышли и дядюшка с племянницей. Могла ли она подумать тогда, что все так завертится и ее затянет в пучину невероятных событий?

Аня прошлепала в уборную, умылась неожиданно холодной, как из колодца, водой, отчего по коже побежали мурашки, и насухо вытерла лицо махровым полотенцем.

Отражение в зеркале не радовало – чуть припухшее лицо от чрезмерного возлияния, спутанные волосы. Но больше всего мучила головная боль. С трудом сообразив, где в ее рюкзаке находятся таблетки, она наконец выпила болеутоляющее.

Хлопнула дверь и в квартиру впорхнула Аська. В отличие от Ани она была свежа как майская роза.

– Ууу, – протянула она и прыснула от смеха.

 – Совсем худо тебе?

Аня кивнула.

– А ты, я смотрю, уже во всю по делам мотаешься? В кофейне была?

Ася на секунду замешкалась, а потом беззаботно махнула розовыми кудрями в знак согласия.

– Ага, товар принимала. – И прошла на кухню, беспечно болтая. – И вот, в магазин заскочила. Буду оладьи жарить. Любишь?

Ася не любила врать. Но чем больше что-то не можешь терпеть, тем чаще приходится с этим сталкиваться, вздохнула она, выкладывая на стол кефир, молоко и яйца.

– Очень люблю, но можно я попозже? – Спросила страдалица от излишних возлияний прошлым вечером.

Ася рассмеялась:

– Ну конечно, можно. Иди, полежи еще.

Аня удалилась, а племянница концертмейстера опустилась на стул. Кажется, пронесло. Она очень надеялась, что Аня не додумалась выглядывать в окно и не увидела случайно, как Ася кладет коробку с кольцом под лестницу. В принципе, ничего страшного, даже если бы она и увидела. Можно было бы сказать, что вчера не успела, а потому исполнила просьбу Ани сейчас, но все прошло как по маслу.

Кажется, их гостья озабочена лишь собственным прескверным состоянием. И это было Асе на руку.

Утром она проснулась очень рано и, наскоро одевшись, выскочило из дома. Бежала в сторону верфи и молилась всем богам, чтобы мастер успел. На ее счастье, так и вышло. Правда, пришлось добавить за скорость и бессонную ночь ювелира, но Асе это было неважно.