Пиратская фея Кракозябра

«Ну и пройдоха этот сообразительный Ползунок!», – подумал капитан, а вслух скомандовал: – Свистать всех наверх! Стройся, раз-два! Выполнить упражнение «пирамида»!

Бряк встал внизу, на него вскарабкался капитан Бульк, а затем ловкий и юркий Ползунок. Взобравшись на плечи капитана, он сумел пролезть в узкую щель кухонного шкафа.

В шкафу было темно. Почти на ощупь Ползунок пробрался вглубь шкафа, но ничего не нашел там, кроме гладкой поверхности какой- стены. Ползунок пошел вдоль стены и обнаружил, что она замыкается в круг.

Сверху доносился резкий запах чего-то кислого.

«Тьфу ты, да это же мусорное ведро», – вдруг догадался юнга, – а в нем остатки еды».

«Вот где можно найти что-то съедобное. А как туда забраться? Никакая «пирамида» не поможет – слишком высоко.

Тут Ползунок вспомнил, что по пути на кухню в прихожей он видел кроссовки папы Егора.

«Точно!», – обрадовался он, – «Нужно взять шнурки от кроссовок».

– Капитан Бульк, – позвал он, – вы слышите меня? Для того, чтобы достать еду мне нужны шнурки из прихожей.

– Какие еще шнурки? Что за ерунду ты мелешь? – не понял Бульк.

Пришлось Ползунку объяснять, зачем понадобились шнурки.

– Боцман Бряк! – рявкнул капитан, – немедленно отправляйтесь за шнурками!

– Но я не помню дороги, чтоб я провалился на месте, сэр – ответил Бряк, – Придется и тебе, капитан, отправиться со мной.

Капитан и боцман, ругая неуемного Ползунка на чем свет стоит, отправились в прихожую. Юнга остался один. Он прождал товарищей почти час и даже успел задремать, но капитан и боцман не возвращались.

«Неужели с ними что-то случилось?» – подумал Ползунок. – «Придется спускаться вниз и идти на поиски».

Он смело спрыгнул со шкафа, сделав удачный кувырок через голову при приземлении, и бегом помчался в прихожую, на удивление ловко перепрыгивая через канавы, то есть промежутки между кафелем.

«Как здорово, когда у тебя настоящие ноги», – радовался он.

Приблизившись к месту, где стояли кроссовки, юнга услышал ругательства, выкрикиваемые на этот раз не боцманом, а капитаном, и шумное пыхтение боцмана Бряка.