Доверься мне

На удивление, её тихий призыв был услышан, и повозка резко остановилась. Вскоре к «корзинным» бортам телеги приблизился тот «леший», что напугал её, а за ним лохматый юнец с длинной косой чёлкой, прикрывавшей ему пол-лица. На Ленку уставилось три серо-голубых глаза, в которых читались и интерес, и испуг.

– Ну, что вылупились? – ей удалось прибавить голосу звука.

Она понимала, что лучше не нагнетать обстановку, но злость на связавших, хотя и вытащивших её из ямы людей, взяла верх над благоразумием.

– Прикалываетесь, что ли? – Ленка дёрнулась всем телом, и от этого движения в глазах у неё потемнело. – Развязывайте, пошутили и хватит! – уже тише сказала она.

Её спасители-пленители переглянулись и в недоумении снова направили свой взор на женщину.

– Говорит не по-нашему, – произнёс старший. – Откуда только взялась такая?

– Деда, давай поскорее отвезём её к тиуну. Пусть он думает, как с ней быть. Боюсь я её. Ишь какие волосы красные из-под шапки торчат, а глаза как у змеюки сверкают, и одета как муж.

– В смысле, не по-вашему? – из последних сил возмутилась Ленка. – Что городите? С каких пор в России русский язык за нерусский принимают? Развязывайте, не придуривайтесь.

– Деда, умоляю, поторопимся, – взвизгнул парень и отскочил от телеги. – Ещё наговор какой на нас сделает. Кто её знает, что она бормочет. Едем, недалеко уже! – добавил он, и телега дёрнулась с места.

«Что за бред? Как это они меня не понимают? Я же понимаю, что они говорят, – пробормотала Ленка.

Она пришла в себя в тот момент, когда какой-то мужик, находившийся в телеге рядом с «лешим», постукивая по пластику её чемодана, говорил ему:

– Мудрёный ларь. Где такие делают и из чего? Не знаешь?

– Откуда мне знать, – ответил тот.

– И жезл непонятный, и верёвка на нём дивная, – добавил «новенький», разглядывая телескопическую ручку чемодана и затянутый на ней ремень, сплетённый из сине-голубых нитей.

– Смотри, очнулась, – прошептал «леший», и второй незнакомец попятился в другой угол телеги.

– Пока я без сознания, вы обокрасть меня решили? – спросила Ленка.

– Слышишь, Василько, как она говорит? Не по-нашему.