Страсти по Магдалине

Прости нас за неуважение, госпожа, но не тот ли человек гостит в твоем доме?

– Мой гость, Наина, племянник дяди из Вифлеема по материнской родне, – на ходу придумывала Мириам, – а значит, и мне приходится дальним родственником, хотя я никого не знаю из той семьи. Он недавно появился в моем доме, и я прошу слуг никому о нем не рассказывать. Мне и так хватает неприятностей из-за Сарры.

– Ясно, госпожа, – опечалилась Наина, но не посмела разуверять свою госпожу, что Сарра уже всем разболтала, где на самом деле нашли несчастного путника.

– Что вас тревожит? – Мириам заметила неловкость слуг.

Вперед выступил Иосиф, почтенно поклонился.

– Это моя вина, госпожа. Вы знаете, что мой сын второй год не может ходить. Лекари говорят, что кости неправильно срослись. Но мы с женой не теряем надежды и обращаемся ко всем знахарям, что идут через Магдалу в Ершалаим, просим посмотреть нашего мальчика. Ведь он один у нас, госпожа.

– И ты решил, что мой родственник поможет тебе, Иосиф?

Мужчина склонился еще ниже.

– Хорошо. Ваше желание мне понятно, но сейчас я не могу вам помочь. Мой гость не совсем оправился после болезни. Как только он сможет посмотреть твоего сына, Иосиф, я позову тебя.

– Да пошлет небо благополучие и удачу в твой дом, госпожа, – слуги мирно разошлись по своим делам.

Вечером Мириам снова сидела около постели больного. На низком круглом столе нетронутой осталась еда, так заботливо приготовленная ее руками. Зачерствел свежий хлеб, рагу из молодого козленка покрылось тонкой пленкой белого жира, без внимания остался виноград и финики.

За целый день Иса ничего не съел, только выпил немного козьего молока. Он тщетно пытался встать, но не смог, ноги не повиновались ему. Повалившись обратно на лежанку, он отвернулся к стене и продолжал рассматривать лицо прекрасной незнакомки, но чем дольше смотрел он на струящиеся золотым каскадом волосы, на миндалевидные изумрудные глаза, тем суровее хмурились брови и глубокие морщины бороздили бледный лоб. Настроение его резко изменилось, словно ветер в сезон дождей, взгляд стал отрешенным и чужим.

Мириам хотелось расспросить его о прошлом, но Иса только махнул рукой. Не отрываясь, смотрел на расписную фреску и о чем-то думал, а через время очнулся, увидел рядом сидящую женщину и очень удивился.

– Я спал?

– Нет, Иса. Ты долго смотрел на картину. Она понравилась тебе?

– Нет… Бог запрещает изображать людей на стенах жилищ. Разве ты не знала, госпожа?

– Ее нарисовал умелый художник.