Связанные судьбой. Притяжение сирен

Неужели я тоже дорог тебе?

–Не беспокойся, если я уеду из Петербурга, то только вместе с тобой! ?с нежностью говорю я, дотрагиваясь до ее щеки.

В ее глазах я увидел радость и облегчение, мое сердце наполнилось восторгом. Эти сияющие голубые глаза, манящие розовые губы… Внезапно, все преграды рухнули. Я приник к ее губам, как умирающий от жажды – к источнику. Я гладил нежную кожу ее лица, шеи, ключиц. Мила… До тебя я не знал, каким сладким может быть поцелуй!

Но ее отчаянное желание снова передалось мне, она менялась в моих руках, ее биополе вытворяло с моим дикие вещи.

Я потянулся к поясу ее платья – оказалось, под ним почти ничего не было надето. Тело, великолепное тело, о котором я так давно мечтал, было совсем близко от моего.

Восхитительная… Я провел губами по ее шее, дотронулся до нежно-розового соска идеальной груди. Не сдерживаясь больше, я осыпал это тело поцелуями.

Мила издала тихий чувственный стон, и это напомнило мне о том, где мы находимся. Я пришел в себя и, собрав всю силу воли, оторвался от нее.

Прямо перед собой я увидел ее горящие глаза – еще секунда, и я не устою. Голова кружилась, эти губы, тело, гладкая кожа, дурманящий аромат…

Нет уж. Я что есть силы сжал руль в ладонях. Она была слишком хороша для торопливого секса в машине даже в тот первый день, а сейчас и говорить не о чем!

Да, я романтик. До Милы я об этом даже не подозревал.

–Прости… ?проговорил я и откашлялся, заметив, что мой голос охрип.

Возможно, она уже жалеет, что позволила мне раздеть себя на парковке, где нас кто угодно может увидеть.

Мне стоило подумать и об этом, в конце концов, кто из нас взрослый ответственный человек?

–За то, что остановился? Ну, такое не так-то просто простить, ?ответила Мила хриплым от желания голосом.

Я взглянул на нее, и мне открылась поразительная картина: девушка откинулась на сидение в позе, полной сладострастной расслабленности. Она явно была готова на все. Жалеет, ну да.

Я торопливо отвел глаза.

–Я имел в виду: прости, что так далеко зашел.

Очевидно, извиняться было не обязательно.

–Ну, тогда прощаю.

Мила, наконец, надела свое платье, и я немного расслабился. Но мои мысли постоянно возвращались к тому моменту, как я развязал этот пояс. Я сам свой худший враг, зачем я усложняю себе жизнь?

Девушка, казалось, была того же мнения. В каждом ее шаге, вдохе, движении чувствовалось желание, ее зрачки были расширены, она смотрела на мои губы, окидывала меня взглядом.