Метка убийцы Богов. Возлюбленная бессмертного

Так что, закончив работу и поужинав в людской вместе с другими слугами, я вышла из замка в компании остальных горничных. Увидев Эндура на парадном крыльце, я на секунду присела в шутливом реверансе, улыбнулась и пошла дальше.

–Сколько можно строить из себя недотрогу? Может, «госпожа княгиня» думает, что слишком хороша для сына герцога? ?едко произнесла Лу, даже не пытаясь понизить голос.

–Как думаешь, сколько продлится дежурство Лу по уборным, учитывая, что она сплетничает о главной горничной в ее же присутствии? Может, до конца следующего года? ?говорю я, обращаясь к Леде.

Девушка звонко рассмеялась, и я последовала ее примеру.

–Что это там? ?Лири показывает в сторону деревни.

Мы как раз вышли за ворота, перед нами открылся вид на лес и реку, ниже по холму можно было увидеть светящиеся огоньки в окнах крестьянских домишек. На западе догорала вечерняя заря, бросая теплый отсвет на верхушки деревьев и крыш. Река в свете последних лучей заходящего солнца сияла начищенной до блеска медью.

Я не сразу увидела, на что именно показывала девушка, но, присмотревшись повнимательнее, заметила поднимающийся над одной из построек дым, а затем и пламя.

–Пожар! ?ахнула Тэя.

–Бежим скорее!

Как бы огонь не перекинулся на соседние дома! Да, их стены возведены из камня, но крыши – соломенные, да и надворные постройки, загоны для скота все деревянные.

Мы бегом кинулись вниз с холма и, подбежав к деревне, сразу увидели, какое именно здание охвачено огнем, одно из самых больших в нашем поселении – дом судьи Тобиаса.

Забежав к себе, я схватила два ведра, оставленные мной с утра во дворе, и вернулась к горящему дому судьи, присоединившись к одной из живых колонн, протянувшихся от реки к пожару. Передав пустые ведра по эстафете, я взяла наполненное и постаралась подкинуть воду как можно выше в сторону пламени. Я была первой в своей колонне, стояла близко – очень близко, и едва могла терпеть этот жар.

Вылив в огонь еще пару ведер, я поняла, что пламя ведет себя как-то странно – не шипит и не гаснет от воды, горит ровно, словно хорошо просмоленный факел.

Оно то извивалось змеей, то замирало, искры над ним, вспыхивая, образовывали спираль. Иногда из него словно вырывались горящие птицы и скачущие лошади, и тогда, мне казалось, я могла слышать шелест крыльев и конский топот.