Метка убийцы Богов. Единственная любовь

В его руке появился новый цветок, и в этот раз я начала обрывать с него лепестки медленно, осторожно, один за другим.

–Ты чувствуешь цветок. Теперь заставь его поменять цвет. Это в твоей власти, просто поверь в свои силы.

Я взмахнула рукой, все так же продолжая ощущать каждую частицу окружающей реальности… но ничего не произошло.

Я с шумом выпустила воздух из легких.

–Кажется, я понял, в чем твоя проблема. Ты боишься неудачи. Боишься, не доверяешь своему дару. А еще возлагаешь на него слишком большие надежды.

–Легко сказать!

Но я постаралась сделать именно так, как он мне велел. Попыталась расслабиться. То, к чему я стремлюсь, никуда от меня не денется. Вдох и выдох. Рано или поздно я добьюсь своего.

Поверив в это, я успокоилась, мое сознание очистилось. Взмахнув рукой во второй раз, я позволила своему дару проделать всю работу за меня… и цветок сразу стал ярко-красным!

–Получилось!

–Молодец, ?Нэй улыбнулся.

Снова взмахнув рукой, я создала еще одну алую розу. Это, и правда, оказалось проще простого – и как я умудрилась не научиться этому раньше? Я могла слепить из окружающей реальности все, что захочу, что-то внутри меня отлично знало, как это делается.

–Что теперь? Попробуем оживить кого-нибудь?

–Ну, вообще-то, нам запрещено оживлять людей, у меня есть другая мысль.

Я фыркнула:

–Если ты не забыл, я преступница, не связанная с вашим народом магическим обязательством!

–Об этом забудешь, ?парень хмыкнул.

Я так и подскочила:

–Какая идея?

–Из всех магических существ в энергиях лучше всего разбираются фэйри. Они способны видеть прошлое, видеть души. В некоторых случаях элийцы прибегают к их услугам. Именно они помогли нам выяснить, что это ты убила Андариэля.

–Кого убила? ?не поняла я.

–Бога Андариэля, одного из тех, кого послали за вами в Руавель, ?приподнял брови Нэй.

–А-а…

За это время я и думать забыла о том элийце, которого когда-то заколола кинжалом. Может быть, при других обстоятельствах, я и задумалась бы, имела ли я право отнимать жизнь у своего врага, пожалела бы его близких, но обстоятельства таковы, что мне нет дела ни до Андариэля, ни даже до его возможной возлюбленной, оставшейся по моей милости в одиночестве. И даже до собственного порядком очерствевшего сердца нет никакого дела.