Тайна Тонгамар. Цикл «Обмен мирами». Книга первая

Где-то в недрах высоких кварталов Дамирата, возможно, ужинал прекрасный принц, навсегда загнанный под тысячу блестящих масок. Невольно вздохнув, я погладила крошечный рисунок подушечкой пальца.

– Хочешь увидеть его? – заставил меня вздрогнуть голос мага, прозвучавший прямо из-за спины.

– Хочу, – честно ответила я. – Но сейчас не время. – Я повернулась и заглянула в ледяное лицо учителя. – Он тоже часть этой истории. Возможно, гораздо большая, чем Рина. И мне хотелось бы верить, что он встанет под ваш флаг.

– Можешь не утруждать себя объяснениями. Ты ничего мне не должна, – жестко отрезал тот и повернулся к двери.

Я вскочила, разметав листы записей по полу, и схватила его за руку. Он снова повернулся, испепеляя меня взглядом, но потом перевел взор на что-то и острый лед в его глазах чуть смягчился. Голубая бабочка, словно глупое оправдание, пришла мне на помощь.

– Он не соперник вам, Андре, – пролепетала я, задыхаясь от волнения, прижимая ладони к его широкой груди.

И вдруг что-то произошло. Весь груз тяжелых переживаний относительно Филиппа поднялся из моего сердца, как воздушный пузырь со дна океана. Он вытолкнул в мое сознание пропитанное безысходной тоской воспоминание о том, как белокурый принц крепко обнимает и гладит чудовище. Я словно на секунду снова оказалась в башне, услышала каждое слово печальной истории, что сразила меня отравленной стрелой. Андре резко отшатнулся. Лицо темного выглядело так, будто его резанули ржавым ножом.

– Даже не знаю, чем я больше удивлен: тем, что ты мне показала, или тем, как ты это сделала, – все еще морща лоб, произнес маг.

Я, моргая, стояла в полном недоумении.

– Я это показала?

– И дала почувствовать… Все, что испытываешь сама, и он… и, кажется, даже чудовище…

Темный сел на кровать и закрыл лицо руками. Ход времени замедлился, утопая в его молчании.

– Любопытное переживание, я так и не видел, кто он, но до сих пор чувствую всю эту историю, как свою.

– Простите… – продолжая пребывать в полной растерянности, прошептала я.

– Мне не за что тебя прощать. Ученицы могут спать с кем угодно, главное, чтобы не со своим учителем…

Его сарказм ударил, словно плеть. Мне всегда казалось, что это Андре держит дистанцию между нами, а если бы он захотел, если бы позвал – я бы бросилась в его объятья, растворяясь без остатка. От этого его неоднозначные слова укололи так больно.