Серьёзный брак

И я постепенно зверею, когда приходится под кого-то подстраиваться, например, делать вид, что мне интересен разговор, когда на самом деле хочется, чтоб собеседник заткнулся и ушёл подальше. Казалось бы: тебя любят – радуйся, с тобой хотят быть рядом – цени. Но чувство такое, будто кому-то должен, а отдавать нечем. Мерзкое чувство. Я знаю, странно: с одной стороны, я не хочу остаться одиноким, хочу семью, в первую очередь детей; с другой – не хочу быть с кем-то по традиционной схеме, когда люди постоянно вместе и чуть ли не в туалет ходят вдвоём.

– Другими словами, ты хочешь быть один, но не хочешь остаться один.

– Пожалуй, что так.

– У меня такого никогда не было, но в теории я могу понять. Только вопрос: ты уверен, что с детьми у тебя будет иначе? Что тебе не будет хотеться поскорее от них отделаться, что они не будут тебя бесить, что ты не станешь на них срываться?

– Уверен.

Вопрос взращивания детей они подробно не разбирали. Ханду знакомые матроны запугали тем, что забеременеть после тридцати практически невозможно, если до этого не рожала.

Если то, о чём Ваня рассказал, впрямь самый большой его недостаток, – отлично. Ханда с ходу назвала бы полсотни худших черт, с которыми никогда бы не примирилась. Подумаешь, не нравятся человеку нежности. Его право. Уважать друг друга можно и без сюсюканья.

Однако она продолжила подмечать-выискивать в Ване недостатки, так было спокойнее. Иллюзий у неё нет, разочаровываться будет не в чем, но не зря же говорят: предупреждён – значит вооружён, а Ханда хотела быть вооружённой, чтоб потом не оказаться застигнутой врасплох.

– Я тебя напугал?

– Нет, вот ещё.

– И даже не смутил?

– И даже не смутил. Но я хочу сразу уточнить. Ты сказал, что не любишь спать с кем-то в одной постели. Речь именно про «спать» или про что-то ещё?

Ваня усмехнулся.

– Именно про «спать».

– Тогда ладно.

– Что-то ты даже не покраснела.

– А надо было?

– Нет, но я всегда думал, что кавказские девушки к таким темам относятся не особо легко.

– И падают в обморок при слове «секс»? – Ну вот, они подошли к щекотливому вопросу. У нее не было большого желания обсуждать это, однако обсудить требовалось, хоть вскользь. – Тебе принципиально нужна окровавленная простыня?

Ваня аж встрепенулся.

– Нет.

– Вот и славно.