Лучезарный

– Конечно, я уверен! Сколько раз можно повторять. Мы доберемся до старого храма Трисмеса. Под ним есть катакомбы, где можно укрыться. Я сам жил там довольно долго. И не я один.

– Ладно. Тогда сейчас главное – добраться до Эллиды.

Критобул, выехавший вперед, вдруг привстал в стременах, прищурился и сказал негромко:

– Вижу всадников. Шестеро. Двое нелунгов.

Все тут же, не сговариваясь, натянули поводья и принялись всматриваться в сторону предполагаемой опасности. Шесть конных стремительно приближались. Гай сжал рукоять спаты.

Гермия судорожно вздохнула.

– Может, не заметят? – пробормотал Марк.

– Как же, не заметят, – ответил Атэр, чувствуя себя посреди холмистой пустоши, как на блюде, готовом к завтраку. – Едут сюда.

– Друзья мои… – пролепетал Октавий. – Понимаю, сейчас не время, но кто такие нелунги? Я что-то не вижу их, в глазах потемнело…

– Очень сильные полудемонические существа, – быстро ответил Юлий. – Выносливые, переносящие любую жару. Некрос использует их для патрулирования отдаленных земель.

Говорят, у каждого нелунга общая душа с его конем. А еще…

Он вдруг замолчал и тревожно покосился на Атэра, будто опасаясь, что сказал лишнее, и эллан обвинит его в этом. Но тот смотрел в сторону всадников:

– Я говорил, давайте свернем. Так нет! «Здесь никто не ездит», – передразнил он Гая. – Нахлебаемся теперь!

– А может… – взгляд Октавия забегал по сторонам в поисках спасения. – Может нам бежать, пока они еще не слишком близко…

– Все успокоились! – Рявкнул Гай.

 – Бежать нельзя. Вызовут подмогу, догонят и убьют точно. Критобул, убери меч! Арэлл, Гермия, не забывайте, сейчас вы не девушки, а юноши. Атэр, закрой рот, вякнешь лишнее, и я сам тебя заколю. Октавий, помнишь, что говорить?

– Да, помню. Конечно, помню. Но нам вообще не надо было брать с собой рабыню. Я так и знал, из-за нее мы попадем в беду, – заныл Октавий, с ужасом глядя на приближающихся патрульных и почему-то обвиняя во всем Гермию.

Девушка презрительно глянула на него, высокомерно вздернула подбородок, и произнесла своим мелодичным, нежным голоском:

– Зря я надеялась, что твоя трусость имеет границы.

Несостоявшийся жрец побагровел. Марк одобрительно хохотнул, но тут же помрачнел.

– Всем молчать! – в последний раз предупредил Гай. – Говорить буду я.

Патрульный отряд приближался очень быстро. Впереди скакали двое нелунгов. Если издали их «коней» можно было принять за обычных, то чем ближе, тем заметнее делался красный оттенок их шкур.