Нойды. Красный браслет

И она шмыгнула в приоткрытую дверь, застыла на пороге. Парень по имени Платон лежал на спине поверх застеленной кровати, глаза прикрыты. Рядом на передвижном столике еще стояла посуда после завтрака. Девушка уже хотела тихонько покинуть комнату – неправильно мешать человеку спать, – когда парень перекатил по подушке голову и посмотрел на нее. Взгляд ясный и цепкий, совсем не сонный. Улыбнулся и сказал:

– Привет! Прости, что лежу, это из-за ноги.

– Здравствуй! Лежи, конечно. – Женя сделала два маленьких шажка вперед, снова застыла.

 – Ты спал? Я помешала?

– Вовсе нет. – Улыбка стала еще шире.

– Думал, да?

– Подумать мне и ночи хватило. Сейчас решил разгрузить голову. И просто перечитывал книгу.

– Эт-то шутка? – Женя всегда начинала слегка заикаться, когда терялась. – Чтобы я отстала?

Парень завозился и сел на кровати, посмотрел на нее как-то по-особенному, тепло и чуточку виновато.

– Не обижайся, сболтнул, не подумав. Для повторного чтения мне не требуется книга.

– Ого! – только и смогла выговорить Женя.

 – Всей душой завидую твоей памяти. А названием можно поинтересоваться?

– Конечно. «Франкенштейн» Мери Шелли.

– О, я тоже собираюсь почитать, она у меня в длинном списке. Правда, всё руки не доходят. Франкенштейн – это монстр-убийца, верно?

– Ну, не совсем. Виктор Франкенштейн – имя ученого, который создал нового человека из частей мертвых тел и оживил его. Создание имени не имеет. И он не сразу стал монстром, поначалу был исполнен жаждой справедливости и добра.

Но люди в ужасе бежали от него, и он сломался.

– Грустно, – пробормотала Женя.

Она вдруг растерялась, запоздало пожалела, что не придумала никаких тем для разговора. Почему-то ей казалось, что парень сам начнет задавать бесконечные вопросы, волноваться о своей судьбе. Но Платон спокойно молчал, будто полностью владел ситуацией. А может, у него было слишком тяжело на душе? Девушке хотелось как-то утешить его, объяснить, что он тут ради великой цели, она ему даже немного завидует.

Ребятам из Лиги отведена роль подмастерьев, менять мир будут они, первенцы. Но слова почему-то застревали в горле. Она и обрадовалась, и испугалась, когда тяжелая рука легла на ее плечо.

– Виктор Антонович, простите, я просто хотела убедиться, что наш гость в порядке, – забормотала она, почему-то едва переводя дух.

– Ну-ну, все в порядке, Женюшка, – проговорил Прайд тем обволакивающе-ласковым голосом, который так обожала девушка, да и все в Лиге.