Подменыш. Внучка демона

Прошли пешеходку в обе стороны, Вета особую надежду возлагала на проспект, вдруг любуется машинами. Но брата не было и там. Посовещавшись, приступили к опросу прохожих. Громовой казалось, что Фелемона обязательно должны были заметить, она так и спрашивала: видели мальчика, одетого как для ролевой игры, в длинный плащ с капюшоном? Через четверть часа ее уже трясло от тревоги.

– Он ведь даже адрес наверняка не запомнил! – стонала она на ходу. – Вырос в мире, где тебя любой призрачный конь доставит куда угодно, только пожелай мысленно.

Арлан старательно делал вид, что совсем не волнуется, а потом предложил:

– Давай разделимся и еще раз пройдем ты до парка, я – до рынка. С заходом во дворы.

– Давай! – она уже неслась в нужном направлении. На углу у кафе «Часы» свернула к скверику, и тут шагах в десяти от себя увидела брата. Он, бледный и мрачный, семенил, то и дело спотыкаясь, между двумя мужчинами в черной униформе охранников, которые придерживали его здоровенными лапищами за предплечья.

– Что случилось, куда вы его ведете?!

– Проходи, девочка, – мрачно выплюнул старший из мужчин, лысый, с раздвоенным подбородком и свернутым набок внушительным носом.

– Что значит проходи? Это мой брат!

– Правда, что ли? – удивился второй, не такой грозный, с плотным ежиком светлых волос и смешливыми глазами. – А мы думали, дурит нас пацан, будто где-то тут живет. Ждали, когда ему надоест ваньку валять.

– Не дурит. Но почему?..

– Натворил твой братец делов, – весомо уронил старший.

– О, нет, – застонала Громова. – Ты что, проголодался? – воззвала к брату.

– Скорее, замерз, – хихикнул младший. – Магазин-то наш шубами торгует.

Вета и вовсе лишилась дара речи, лишь смотрела во все глаза на брата, открывала и закрывала беззвучно рот. Фелемон очень старался сохранить независимый вид, но дышал тяжело, испарина выступила над верхней губой. Только казалось Вете, будто волновало его нечто другое, а вовсе не руки охранников на плечах.

– Витрины как не бывало, даже осколков не нашли. Продавщицу чем-то напугал до смерти, за прилавок в обморок свалилась, – продолжал перечислять его преступления старший. – Но тут мы ворвались, скрутили хулигана. Хотели сразу полицию вызывать, а потом пригляделись – ребенок совсем. Спросили, далеко ли родители, он говорит: близко. Поверили, повели. Сперва он твердо шел, а потом началось: не помню, не узнаю.