Подменыш. Внучка демона

Кровавые капли в пыли Вета увидела и сама, без всякого глянса, и теперь едва сдерживала нервную дрожь. Но Арлан вдруг сказал:

– Эй, гляди-ка!

И вытянул вперед руку. Она посмотрела туда и испытала невероятное облегчение: вдоль берега к ним неровной походкой приближался ее брат. Громова бросилась к нему, с разбегу обняла.

– Фелемон, ну что ты опять натворил? Где пропадал? Куда шубу дел?

Подросток резво вывинтился из объятий сестрицы, отступил на шаг. Выглядел он каким-то помятым и очень сердитым. На левой щеке красовались четыре глубокие царапины, накладывались друг на друга, словно кто-то собирался сразиться на лице юного тролля в крестики-нолики.

– Кто тебя так? – спросил Арлан.

Фелемон задергался, отвернул голову.

– Никто. О ветку поцарапался.

– В мире, где ты родился, не принято лгать, особенно старшим, – суровым тоном напомнил воспитанник.

– А мы сейчас в другом мире, – парировал Фелемон, но щеки его сделались помидорного цвета.

Вета ждала продолжения, хотела точно знать, что случилось.

Если на брата напали, то пусть полиция не шубу ищет, а с нападением разбирается. Но Арлан вгляделся повнимательней в смущенное и израненное лицо мальчика, сказал:

– Ладно, Ветка, веди его домой. Только окружным путем, чтобы на работников магазина не нарваться.

Фелемон встрепенулся, расправил поникшие плечи, первым зашагал в сторону пешеходки.

– Почему ты не вытряс из него признание? – спросила Громова друга, который пока не двигался с места. – Мне-то он точно ничего не скажет, а тебе мог бы.

– И мне не скажет, я этого мальчишку с рождения знаю. Упрямый. Ты, Вет, дома попроси Дарну промыть царапины особым раствором, ну, она знает. На всякий случай. А я тут еще осмотрюсь. Может, шубу встречу, сопровожу обратно в магазин.

Хмыкнул и побежал в ту сторону, откуда появился Фелемон. А Вета бросилась догонять брата.

Второй вечер на новом месте Громова не назвала бы совсем безоблачным, но жизнь определенно приходила в некоторый порядок. Теперь в духовке старенькой плиты непрерывно горел волшебный огонь, и можно было попросить у пламени любую вещь, которая вдруг не находилась в хозяйстве.

Пять довольных кошек заняли все окна, но периодически развязывали шумные войны за самый перспективный подоконник на кухне. Отмытый и начесанный пес оказался непоседливым весельчаком и непрерывно требовал, чтобы с ним играли. Сестры назвали его Вихрем.

Вета честно попыталась сделать уроки, но увы – рюкзак с учебниками бесследно исчез.