Навия. Западня

Я успела вдоволь накататься по скользкому полу, полазала по широченным подоконникам, даже шлепнулась дважды, а мамы все не было, зато за дверью нарастали голоса. Какой-то мужчина говорил сердито и громко:

«Списки будут вывешены в середине августа, с какой стати мы должны предъявлять их вам сейчас? Что за частная инспекция такая, я в толк не возьму!»

Мать голоса не повышала, но я за нее не беспокоилась – она любого умела убедить или поставить на место. И вдруг стало тихо. Через пару минут мать вылетела из-за двери торпедой, схватила меня за руку и поволокла вниз по лестнице, а потом домой.

Но возмущаться и рыдать пришлось в одиночестве: мать заперла меня в квартире и исчезла до позднего вечера. А я, растравляя в душе обиду, выпутывалась из парадной одежды, срывала банты вместе с волосами – ничего себе получился праздник! Десять лет прошло, а я до сих пор помню и немного злюсь.

В той школе я тогда побывала в первый и последний раз – на следующий день мы начали готовиться к переезду, и в первый класс я пошла уже в маленьком городке под Питером, да еще и с опозданием на две недели.

Тогда я не понимала, почему так случилась, да и не задумывалась особо. А теперь мне кажется, что мать все же заставила показать ей списки будущих первоклашек и увидела там одну из тех самых роковых фамилий или даже обе.

Но кроме непоняток с фамилиями существовал еще второй материнский заскок, в сто раз хуже первого: с самого детства мне было запрещено оставаться на ночь у подружек или приглашать кого-то с ночевкой к себе. А также ездить в походы или в летний лагерь – словом, вообще проводить ночи вне дома. По этому поводу скандалы у нас возникали регулярно и иногда выливались в многомесячные холодные войны, когда мы с матерью едва разговаривали друг с другом.

Чем старше я становлюсь, тем кровопролитнее борьба. Но пока мне так и не удалось одержать в ней ни единой победы. Даже во время летних путешествий мать вьется надо мной коршуном, и чем ближе к ночи – тем активнее. Тащится на дискотеки, глаз не сводит, лишь бы я не упорхнула куда-то с новыми знакомыми.

И не то чтобы мать так уж была помешана на моей нравственности.