Эликсир совести

Маленькие становились большими, больные – здоровыми, плохие – хорошими… И я ходила и всех превращала…

–Колдунья ты моя, – Виктор Данилович притянул к себе супругу, поцеловал и счастливо рассмеялся. – Не забудь превратить курицу в лапшу, а то опять уйдешь рисовать и останешься без обеда.

Мария Носачева была художницей и, увлекшись работой, могла забыть не только о еде.

–Ну, скажи, странный сон, правда? – улыбнулась в ответ жена. – Но хороший. Вот бы найти способ всех плохих людей разом в хороших превратить.

–Да уж, – с усмешкой согласился старший следователь Носачев и отправился на службу, не подозревая, что действительность может порой переплюнуть по странностям любой, даже самый необычный сон.

Добравшись до рабочего кабинета, Виктор Данилович обнаружил там кроме своего юного коллеги, младшего следователя Ивана Гаусса, незнакомого мужчину лет сорока. Оба дружно обернулись на звук открывающейся двери.

–А вот и он! – радостно поднялся навстречу Ваня.

–Да? – обрадованно встрепенулся рыхлый и невзрачный человек в сером костюме в полоску. Он заметно волновался, поминутно стирая пот с лысеющего лба и нервно хрустя пальцами.

–Здравствуйте, – кивнул Носачев обоим, проходя к своему столу.

На ходу он быстро прикинул несколько вариантов того, что мог означать столь ранний посетитель, и по всему выходило, что ничего хорошего от его визита ждать не стоило.

–Здравствуйте, – незнакомец в сером костюме подался вперед и уточнил, впившись жадным взглядом в лицо старшего следователя.

В хриплом голосе мужчины сквозила столь явная мольба о помощи, что Виктор Данилович сделал поправку к своим предварительным предположениям. Скорее всего дела обстоят еще хуже, чем он думал.

–Он самый. – Носачев сел в кресло, подвинул к собе лист бумаги и потянулся за карандашом. – Слушаю вас.

–Я к вам!… Меня к вам!… – незнакомец вскочил со стула, прижимая руки к груди и взволнованно сопя.

–Как вас зовут, простите?… – перебил его старший следователь.

–Тимофеев. Олег Николаевич, – мужчина шумно выдохнул и опустился на сиденье. – Инженер. То есть, бывший инженер… А теперь – писатель… То есть, не совсем писатель, так, балуюсь, начинаю…

Он смущенно замолчал и снова вытер пот со лба.

–Вы не волнуйтесь, Олег Николаевич, – как можно спокойнее произнес Носачев. – Может вам водички? Ваня, набери стакан, пожалуйста.