Колокольчики судьбы

Аспирант опасливо покосился на развалившегося рядом на скамейке Башку и хотел уже уйти от греха подальше, но произошло новое потрясение.

– Как жизнь? – задушевно спросил бывший двоечник, закуривая и протягивая пачку Федору.

Некурящий Лосев неумело прикурил папиросу и, то ли под действием своих растрепанных чувств, то ли от проявления дружеского участия, взял и неожиданно для себя рассказал Башке про свою неудачную любовь. Митька, в прошлом году тоже сполна хлебнувший женского коварства, повел себя как настоящий друг.

Он обнял товарища за плечи и решительно произнес:

– Все они … !

Тут он употребил слово, которое аспиранту филологу сразу захотелось записать – такое оно было многосложное и заковыристое.

После этого Башкатов решительно поднялся со скамейки и потянул за собой Лосева.

– Пошли.

Дальнейшее Федор помнил смутно. Митька твердо знал, что лучшее средство от несчастной любви (равно как и от всех остальных жизненных передряг) это водка.             Максимальная доза, выпитая аспирантом до этого момента в жизни, равнялась трем маленьким рюмкам коньяка, поэтому прикончив свой первый стакан, он забыл кто такая Раиса, кто такой он сам и что делает в незнакомой квартире со смутно знакомым типом за столом напротив.

Остался лишь дух настоящей мужской дружбы, неясная обида на кого-то и ощущение, что табуретка под ним живет своей жизнью, все время норовя встать на дыбы и уронить на пол будущего кандидата филологических наук.

Еще осталось обрывочное воспоминание о том, как они с новым другом спорят, стоя у двери подъезда неверной работницы химчистки.

В руках у Башки пузырек с чернилами и огрызок кисточки. Он настаивает на том, что надо написать на стене "Райка – ......"

Второе слово тоже представляло несомненный интерес для филологов, потому что в нем было минимум три разных корня, каждый следующий неприличнее предыдущего. Федор же, воспитанный в духе рыцарского отношения к даме, предлагает надпись "недостойная".

Каким-то образом они приходят к компромиссному "Райка – гадюка", и Башка начинает малевать на стене, но застревает на втором слове.

– Гадюка через "а" или через "о"? – оборачивается он.

– Через "а", – уверенно отвечает аспирант, но в этот момент икает и у него получается "ы".

– Да? – удивляется Митька, но тут же равнодушно пожимает плечами. – Тебе видней!

"РАЙКА – ГЫДЮКА" темнеет на стене корявая надпись с потеками чернил, и товарищи по несчастью наконец расходятся, поклявшись друг другу в вечной мужской дружбе.